Вверх страницы

Вниз страницы
Мы сменили дизайн, «почистили перышки» и готовы принимать новых членов нашей Системы.
Напоминаем, что Система недавно обзавелась новым КСК – Заповедником «Белая лилия», в котором все желающие смогут отдохнуть.

Люди, чьи аккаунты были удалены - не паникуйте, форум был восстановлен из резервной копии и некоторые данные потерялись. Просто зарегистрируйтесь заново.
На ролевой осень, конец ноября. Лужи уже начинают замерзать, а дорожки заносит редкий снег. Будьте осторожны на прогулках и не пытайтесь проникнуть в Академию в такой холод и гололед.
АКАДЕМИЯ: Зам Директора АКАДЕМИЯ: Директор АКАДЕМИЯ: Главный тренер по выездке
АКАДЕМИЯ: Смотритель Академии
АКАДЕМИЯ: Дочь смотрителя
32
53
51
56
9
КСК "Лотос" остается лидером в рейтинге на протяжении нескольких сезонов. Теперь, его рейтинг станет еще более несокрушимым благодаря поддержке заповедника "Белой Лилии". Кажется, Вне Системные КСК станут самыми богатыми КСК года.

Аureа mediocritas

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Аureа mediocritas » Природа заповедника » Горы


Горы

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Как уже говорилось ранее, заповедник огибает гряда гор. Если пересечь огромные просторы зеленых полей, то можно добраться до высоких скал и неприступных утесов. Здесь достаточно прохладно и свежо, так что одевайтесь теплее.

0

2

<--- Предгорье

Вверх! Выше! Еще выше! Похоже на тренировку по гимнастике. Но нет, это крутой подъем. Девушка с трудом переставляла ноги. Усталость дала о себе знать. Ариса посмотрела вниз и проследила путь, который она преодолела, а затем взгляд устремился вверх – на ту часть дороги, которую предстояло преодолеть. Тропинка была вытоптана. Видимо, сюда часто залезают искатели приключений. Благодаря им девушка без труда найдет обратный путь. Некоторые камни были выложены в виде ступенек лестницы. Любители гор хорошо постарались не только для себя, а также для других людей. Ариса мысленно поблагодарила их. «Пора двигаться дальше». Девушка перевела дыхание и продолжила взбираться.
За время восхождения девушка вдвое сократила дистанцию. Между ней и лошадью оставалось примерно 15-20 метров. Крутой подъем труден для обоих. Однако Ариса использует руки, чтобы вскарабкаться на небольшую ступеньку, а жеребец только ноги. В этом плане человеку очень повезло. Но даже такое маленькое и весьма удобное приспособление, как руки и голова, ничего не могли сделать с выносливостью. Арисе даже пытаться не станет соревноваться в выносливости. Преимущество за жеребцом. Она посмотрела вперед. Жеребец был поблизости. Девушка улыбнулась ему. Они медленно шли дальше. И с каждым шагом девушка уставала все больше и больше. Грудь тяжело вздымалась от долгого подъема вверх.
– Малыш, подожди, – негромко окликнула девушка жеребца. – Давай передохнем.
Девушка уселась на камень. Её ноги гудели от усталости. Она закинула голову назад и тяжело задышала. Казалось,  её голова весила не менее тридцати килограмм, а все остальное тело – шестьсот. И как поднять такой вес? Было бы проще спуститься вниз и все забыть. Но ведь девушка со своим спутником столько прошли, а если бросить все сейчас, то уже никогда не начнешь восхождение на Альпы. Ариса отдышалась. Она достала из рюкзака бутылку с водой и сделала несколько глотков. Прохладная жидкость разливалась по всему телу, открывая второе дыхание. Каждая клетка тела ожила. Девушка убрала напиток обратно в рюкзак.
– Пойдем дальше, малыш, - сказала Ариса и встала с камня.
Девушка отряхнула одежду от пыли. Отряхивать одежду в горах – глупое занятие. Ведь пыль все равно осядет. И зачем же тогда её нужно было отряхивать? Тут играет сила привычка. Арисе нравится выглядеть опрятно. Даже когда её никто не видит. Девушка поправила рюкзак. Она посмотрела на жеребца, который ждал ее. Девушка посмотрела него. «Пойдем, малыш. Ты чего встал?» . Пара продолжила свое восхождение.
С каждым шагом идти становилось все труднее. Толи от усталости, толи от повышения крутизны склона. Альпийские  горы не для маленьких девочек, но и не для диких лошадей. Однако именно это сейчас мы наблюдаем. Ариса продумывала каждый свой шаг. Она понимала, что если поставит ноги не на тот камень, то соскользнет вниз. И тогда…. Надеемся, что это её не последнее приключение.  Естественно, что девушке здесь нельзя находиться. Она несовершеннолетняя, у неё нет специального снаряжения и с ней нет обученного человека, который знает Альпы вдоль и поперек. К тому же Ариса не занималась скалолазанием. Так что вся авантюра может печально закончится, а искать девушку в горах не станут. Но ведь именно это привлекает девушку. Запретный плод сладок. И если придется взобраться на самый верх чтобы войти в сад Эдема, то никто не сможет остановить её. Тем более что у неё такой прекрасный спутник. На него, конечно, полностью надеяться не стоит. Но хорошую компанию обязательно составит.
Девушка совсем выбилась из сил. Ноги растворились. Казалось, что она наступает не на каменный склон гор, а идет по рассыпанному на полу лего. От одной мысли ноги начинают болеть. Она посмотрела вперед. Среди камней и небольших кустарников, ей удалось приметить небольшую ровную площадку. Дорога альпинистов юрко заворачивала туда. Ариса нашла в себе сила и стрелой начала карабкаться вверх. Она обогнала жеребца и первой оказалось на этой площадке. Девушка приметила маленькую самодельную скамейку. «Это место привала альпинистов. А сейчас это наше место отдыха» Ариса направилась к скамейке. Она села, сняла рюкзак и посмотрела на поднимающегося жеребца. Девушка усмехнулась. Ведь  ей удалось обогнать его, несмотря на то, что он всю дорогу был личным гидом Арисы.
– Ты медленный, – пошутила девушка. Она открыла рюкзак и достала из него половинку яблока. Девушка была готова встречи с лошадьми, поэтому купила разных лакомств в магазине. Она оставила рюкзак на скамейке и стала медленно приближаться к жеребцу. Девушка вытянула руку и выпрямила ладонь.
– Малыш, иди сюда, – говорила Ариса, чтобы не испугать дикую лошадь. – Я принесла угощение. Возьми, оно очень вкусное.
Девушка переводила взгляд с жеребца на яблоко и обратно. Она остановилась на середине пути. Рука по-прежнему вытянута. «Ну же, малыш. Подойти. Позволь мне сделать тебе приятное. Я вовсе не желаю тебе зла. Я просто хочу стать твоим другом»

0

3

<---- Предгорье
Рыжий двухлетка, не чувствуя и толики усталости, перегарцовывал от одной интересной вещицы к другой, порхая по горам, как мотылек. Юный и полный сил, подкрепленных любопытством, Мон Плезир не раз ставил себя в рискованные и даже опасные ситуации, каким-то чудом постоянно выбираясь сухим из воды. А по мере того сель становился проворнее и выносливее. Наверное, когда придет время заездки, двуногие поранятся тому, какой крепкий и бесстрашный скакун попался им в руки. Но до того момента у Мона есть еще достаточно времени, чтобы побегать вольно по лесам да полям, дивясь всем причудам окружающего мира - и удивляя любознательных туристов. Одним из таких туристов, несомненно, был человек, не побоявшийся увязаться за ним и про следовать вместе к вершинам гордых горных хребтов. Последний иногда отставал, и когда Плезир замечал это, он незаметно начинал шагать медленно, отвернув голову в сторону и кося лиловым глазом на своего попутчика. Тот был намного меньше рыжего селя, но бойко пробираться через все трудности, лишь бы не упустить коня из виду. Это немного польстило Мону, но также он подумал, что, может быть, человек увязался за ним не просто так. Кто знает, а что если мир специально послал его сюда, чтобы то время, что он может, Мон Плезир последил за ним. Человек явно подустал от долгого путешествия - вот он даже остановился, будто не собирался вовсе идти дальше. Сделав пару шагов, Плезир тоже остановился. Он посмотрел вниз, наблюдая, как красива природа там внизу - как красива земля с той высоты, с которой за ней случается наблюдать птицам. Рыжий сель и сам чувствовал себя немного птицей, возвышающейся над целым миром благодаря такому подарку природы, как горы. Кто бы мог подумать, что жеребчика так восхитят неровности рельефа в его родном краю? Рыжий конь поднял голову и посмотрел вверх - а там еще красивее, еще более захватывающе. "Только подумай, человек, там весь мир покажется тебе травинкой на огромном лугу", - именно в этот момент Плезир услышал, как двуногий сзади что-то громко сипнул, как будто из последних сил выпустив наружу сигнал, который жеребчик непременно должен был уловить. Мон быстро повернул уши назад, а после и сам обернулся, смотря, как двуногий опускается на камень, присаживается. Мона всегда забавляло, как люди могут разместиться на разных предметах, они напоминали ему этим птиц или кошек, которые тоже могли забраться на разные предметы и усесться. Двуногие чаще всего садились, когда уставали, под час очень сильно. Человек что-то еще произнес, устало, еле собирая силы на то, чтобы донести до него свое послание. Наблюдая за поведением человека, Мон Плезир развернулся к нему.
Плезир услышал тяжелое дыхание человека. Невольно рыжий сделал шаг ему навстречу, потом другой. Остановившись в нескольких метрах от сидящего двуногого, французский сель опустил голову, пытаясь заглянуть в глубокие темные глаза своего попутчика. Тот, определенно, очень устал, и Мону даже стало немного жалко, что человек столь неподготовлен к таким путешествиям. Наверное, Плезиру стоит немного подождать - ведь незнакомец согласился проследовать за ним, хотя и понимал, что путь предстоит нелегкий. Терпение стоит того, чтобы показать двуногому ту красоту, которая открывается оттуда, с вышины. Да, французский сель не знал того наверняка, но был почти уверен, что тернии, через которые они пробираются, стоят тех звезд, которые они достанут с неба, дойдя до конца.
Человек немного повозился с чудо-рюкзаком, из которого достал какую-то непонятную штуку, принявшись заниматься какими-то своими, Плезиру совершенно не понятными вещами. Фыркнув, конь отвернулся, хлестнув себя хвостом по боку. Он не очень любил непонятные вещи, а тем более, когда они мелкие - и чужие. Но конь не унывал: он навострил уши, втянул запахи, принялся всеми способами изучать окружающую местность. В воздухе витала свежесть, душистость трав и тяжесть, обволакивающая путников всегда по мере подъема ввысь. Мон воспользовался моментом и  щипнул немного травы, почувствовав, что тут она даже вкуснее - а может, просто ее найти здесь приятнее?
Вдруг его окликнул знакомый голос. Человек был уже намного бодрее, кажется, из его интонации простыл и след усталости. Когда Плезир снова повернулся к двуногому, он вскочил на на ноги, из чего Мон сделал вывод, что он снова готов идти вперед. Вскинув голову, француз игриво фыркнул и затрусил по тропе, поднимаясь выше и выше. Иногда на его пути попадались камни, бревна и другие препятствия, через которые Мон ловко перелетал, не ленясь поднимать повыше ноги, прыгать с запасом, будто демонстрируя специально человеку, какой же он способный конкурист. На самом деле, рыжий не имел и малейшего представления о том, что его успехи рано или поздно определят основное направление его спортивной подготовки: ему просто нравилось красоваться перед своими наблюдателями, да и энергия внутри него била ключом, откуда и стремление так живописно прыгать и бегать.
Наконец, дорога путников немного утихла: не было никаких камней и препятствий, склон был не так крут. Казалось, испытавшая их на прочность гора теперь давала возможность странникам отдохнуть. Что подтвердила и находящаяся впереди ровная площадка. Приметив ее, быстро снова уставший человек немного приободрился. Он даже вдруг выскочил прямо рядом с Плезиром - тот вздрогнул и повел ухом, но сильно не испугался - и со всех ног побежал к площадке. Мон остановился, повел ушами в разные стороны, удивляясь такому поведению устлавшего существа. Акт будто у него второе дыхание открылось. "Странные они, эти люди", - подумал французский сель, а после медленным шагом направился за двуногим, наблюдая, как от снова садится на какую-то интересную деревянную конструкцию - позже он поймет, что люди обзывают это "лавочкой". На этом сооружения как будто должны были сидеть несколько людей - приблизительно для этого она и предназначалась. Новый знакомый рыжего откинул в сторону свою чудо-сумку и Плезир, заинтересованный в странном предмете, живешь ко подошел к нему: осмотрел, понюхал, даже попробовал на вкус - но ему не понравилось. Человек кинул в его сторону очередную фразу, тоном немного задиристым, будто подтрунивал над ним. Жеребец сипнул: "Надо же, - сель даже взмахнул хвостом от удивления, - А недавно еще ты еле плелся за мной". Рыжий уже хотел раз вернуться и обиженно уйти в сторону от человека, как вдруг тот открыл рюкзак и из него донесся аромат яблок. Уши рыжего коня в миг развернулись обратно, а когда двуногий окликнул Плезира, тот мигом повернулся к нему боком, не выпуская из виду желанное угощение. Потихоньку он начал вытягивать шею, намереваясь как можно скорее достать сладость. Но этого оказалось недостаточно: угощавшее его создание, видимо, хотело, чтобы конь сам подошел и взял яблоко. Мон Плезир не брезговал, посему он в два шага приблизился к человеку и схватил губами угощение, скорее разгрыз его и принялся в свое удовольствие пережевывать, смотря по сторонам и даже, кажется, довольно похрюкивая. Проглотив гостинец, Мон принялся утыкаться носом в руки человека, улавливая остатки яблочного аромата и выискивая, нет ли у двуногого еще угощений. Когда он понял, что пока ему больше ничего не достанется, он посмотрел в столь привлекавшие его глаза прелестного создание, осмелившегося поиграть с ним в альпинистов.  Гляделки продолжались секунд десять, после чего рыжий отошел от своего нового знакомого, разместившись прямо в середине площадки, где они устроились на небольшой привал и, подогнув ноги, медленно свалился на бок, перекатившись на спину и обратно, а после все так же лежа на животе и вытянув ноги - ну совсем как кот - посмотрел на человека. "Ну что ж, отдохнем немного, так и быть", - он забавно гугукнул, а после отвернулся, смотря на открывавшийся с площадки вид.

+1

4

Жеребец словно понимал все, что говорит и чувствует девушка. Шатенка заметила, как рыжий кролик хотел, чтобы она за ним. В противном случае, он мог просто ускакать вперед. Ариса не могла понять, почему он это делал. Как не пыталась найти логическое объяснение поведение жеребца, так не смогла. Девушка не заморачивалась по этому поводу. Она давно поняла, что лучше просто довериться непарнокопытным. Людям не дано знать и чувствовать так, как им.
Ариса внимательно следила за жеребцом. Сначала он не решился подойти к девушке, но потом передумал. Он быстро съел лакомство. Усики щекотно прошлись по ладони. Ариса невольно хихикнула. Он был так увлечен поиском еще одного угощения на ладони, что даже этого не заметил. Его расстроило то, что у девушки не было второго лакомства. Интерес резко упал и жеребец отошел. Ариса развернулась и направилась к лавочке. Она присела и стала рассматривать своего кролика. Для дикой лошади ее спутник не боится людей. И сам внешний вид – относительно ухоженная шерсть, аккуратно подстриженная грива – говорит, что он знаком с человеком. Внимательно рассматривая, девушка отметила, что у него французский экстерьер. На одной из конюшен девушка работала с французским селем. Поэтому она предположила его принадлежность к чистой французской линии. Это еще раз подтверждает, что жеребец не дикий.
– Рыжик. Я тебя буду так называть, пока не узнаю твоего имени, – сказала Ариса, смотря как жеребец катается в пыли. – Сам ты не можешь представиться, поэтому ты – Рыжик. Меня Арисой все зовут. ¬– А мысленно про себя спросила: «Зачем я назвала лошади своё имя?». Девушка руками уперлась на скамейку и чуть припала вперед. – Рыжик, как ты оказался в заповеднике? И зачем идешь в горы? – все вопросы шатенки останутся риторическими. Насколько умным и талантливым не был жеребец, но ответить он не сможет. Нынешняя компания очень нравилась девушке. Жеребец дружелюбный и к тому не убежал, когда у него была такая возможность. И все же вопросы, которая она задала ему, не оставляли её в покое. На первый вопрос она сможет узнать у персонала заповедника. Есть такая замечательная штука, как ведение журналов, где все и про всех написано. Несколько строк и нашем французе найдутся. А вот второй вопрос. На него девушка нигде не найдет ответ. Только если не случится чудо и он прямо сейчас не заговорит. Раз, два, три, четыре… десять. И никакая волшебная пыль не появилась в воздухе. Так что все осталось по-прежнему: конь, подражая кошке, лежит, а девушка сидит на самодельной лавочке. Ариса проследила за взглядом жеребца. Он смотрел вдаль. Не удержавшись, девушка подошла к обрыву и села, свесив ножки. Ей открылся удивительный вид. Внизу все стали крошечными. Даже деревья, у которых девушка не могла найти верхушку, сейчас выглядели миниатюрными. И с этого ракурса верхушки отчетливо просматривались. Проведя взглядом левее, невозможно не заметить, как величественно распростерлась горная цепь. Острые вершины пронзают голубой небосвод. Солнце практически в зените. Тени от горных хребтов спрятались среди камней. Ради такого вида можно забраться сюда еще раз. Ариса достала смартфон из кармана и сделала несколько фотографий вида. И некоторые кадры захватили рыжего кролика. Девушка сделала селфи с жеребцом, а потом убрала смартфон. В альбоме появились новые фотографии. Подтверждение того, что существуют лошади-альпинисты и лошади-кролик-из-Алисы-в-стране-чудес.
Девушка аккуратно положила ноги на уступ, оперлась руками и встала на ноги. Отряхнув руки, она посмотрела на лежащего жеребца и улыбнулась. Ариса прошла к лавочке. Она отодвинула рюкзак на один конец скамейки и легла на лавочку. Голова опустилась на рюкзак, который стал подушкой. Спина чувствовала всю неровность доски. Немного поёрзавшись, девушка нашла удобную позу. Она скрестила пальцы рук, положила их на живот,  правая нога легла поверх левой. Его взгляд устремился в небо. Но солнце беспощадно слепило ее. Веки сомкнулись и девушка задумалась. Она думала о родителях, об Академии, о своих непарнокопытных любимцах, что остались дома и многом другом. Девушка лежала, а рой мыслей не позволял ей уснуть. Ариса пару раз сменила позу, но продолжала лежать. Хорошо так лежать и ничего не делать. Здесь, в горах, земные проблемы остались позади. Ненужно бегать по кабинетам, забыли об уроках и занятиях верховой езды – ничего. Полная пустота и свобода в действии. Девушке так понравилась свобода. Она представила себя горной птицей, которая сейчас отдыхает в своем гнезде. Но Ариса понимала, что пора идти. Она набралась сил и её партнер тоже. Поэтому восхождение можно продолжить. Девушка приняла положение сидя и сладко потянулась. Шатенка достала из рюкзака бутылку с водой и сделала несколько глотков. Перебирая вещи в рюкзаке, девушка достала два ломтика морковки. Она взяла их в руки и, бросив рюкзак лежать открытым на лавочке, направилась в сторону жеребца.
– Рыжик, у меня для тебя есть еще немного лакомства, - окликнула Ариса. Она вытянула руку и стала ждать, когда тот подойдет к ней. Но на сей раз рука была ближе к телу. Когда жеребец приблизился и стал брать первый ломтик морковки,  то свободная рука коснулась переносицы жеребца. – Умница, хороший мальчик, – девушка несколько раз пальцами провела по переносице. Когда он доел последний ломтик морковки, то она продолжала смотреть на него. А потом развернулась и направилась к рюкзаку. Шатенка закрыла рюкзак и повесила его на плечи. Посмотрев на жеребца, девушка всем своим видом говорила, что готова продолжить восхождение. Она первой ступила на тропинку.
– Пойдем, Рыжик, – обернувшись, сказала Ариса. – Солнце скоро выйдет в зенит и подымать станет намного сложнее, - не сводя глаз с жеребца она говорила. А затем взгляд устремился в небо, где солнце сразу же ослепило девушку. Ариса услышала топот копыт со спины и начала подъем.

+1

5

Широкое небесное полотно - какой необычайный цвет ты подарил ему, неизвестный художник. Ты наделил его бесконечной голубизной, о которой говорим всякий раз, желая сделать комплимент прекрасным глазам симпатичного нам человека и которая ближе к верхушке накрывшего землю купола стремилась к белоснежности. Ближе к поверхности земли ты пустил в небо розоватую краску, приближаясь к созерцателю своей прелестной картины закат. Совсем скоро два наших путника, двуногий и копытный, взглянут на него с самой вершины горной цепи. Сейчас же ты раскидал перед ними изгибающиеся изумрудными волнами холмы, маленькие, казавшиеся пушистыми вдали хвойные и широколиственные леса, за которыми спрятались просторные широкие равнины, пастбища для обитателей заповедника, вроде рыжего бесстрашного и любопытного французского селя, окидывающего взглядом свои владения. Маленький наивный двухлетний жеребенок, он был уверен, что неизвестный художник окрашивал мир своей кистью именно ради него и его спутника, не менее чем был убежден в том, что этот день не закончится, пока он не сделает того, что запланировал - забраться на самую верхушку и посмотреть на мир с высоты птичьего полета, представив себе раскинувшиеся в обе стороны крылья за спиной и, стоя против крепчающего ветра, лететь в собственной фантазии над целым миром. Разве может это не понравиться? "Тебе тоже будет здорово смотреть на это, человек. Я не могу того знать наверняка - но я полностью уверен в этом".
Человек вдруг заговорил. Мон Плезир повернул уши в сторону двуногого, а после и голову повернул к нему. Он не мог разобрать слов, но по интонации понимал, что его спутник бодр духом и, наверное, полон каких-то идей  - столько задора было в его голосе. "Меня Арисой все зовут", - сказал двуногий, помимо прочего. В этот самый момент француз не понял высказывания, однако совсем скоро частое употребление слова  "Ариса" в отношении человека наведет его на мысль, что это и есть кличка его двуногого друга. Клички были из обретением человека, Мон Плезир не имел привычки ими пользоваться, как и его копытные товарищи. Им было достаточно обоняния, слуха и осязания, чтобы идентифицировать находящейся перед ними существо. Для передачи информации, в принципе, они не использовали слова  - между источником знания и его восприятием не было, в каком-то смысле, шифра, подобного тому, что придумал человек. В каком-то смысле, общение между конями было проще: Мон чувствовал и выражал то, что чувствует - и в ответ получал такое же чувство, ответ на раздражитель, о котором сиюминутно делал вывод, потому как лошадям было не свойственно притвориться в общении между собой. Такова была просто та мира  рыжего двухлетки, который искренне проявлял любопытство, дружелюбие и даже неприязнь. Кто знает , возможно, жизни только предстоит открыть перед Плезиром тот театр, за который у двуногих принято принимать жизнь.
После этого человек сказал еще что- то, но теперь интонация была запрашивающая: ему что-то было интересно, человек что-то хотел узнать. Плезир повел ухом в сторону, не переставая смотреть на двуногого: рыжий не знал, что ему ответить, потому что даже не имел представления, о чем его спрашивали. Он, кажется, понимал, что ему задают вопрос, но этот причудливый человеческий шифр не пускал Мона к смыслу высказывания. Потому он громко вздохнул, тряхнув головой, и снова посмотрел вдаль, пытаясь представить, насколько изменится этот вид, когда они дойдут до самой вершины.
Справа от него послышались шаги, повернув ухо в сторону звука, Плезир понял, что Ариса решила переместиться в сторону обрыва. У самого его подножия она остановилась, села и принялась рассматривать от вид, которым все это время любовался французский сель. Рыжий двухлетка был на удивление спокоен. Лишь иногда он мог взмахнуть хвостом или почесать морду о ногу. Пару раз забавно изогнул голову, дергая ей и отгоняя назойливых насекомых, прифыркивая. Человека занялся какими-то своими мудреными хлопотами. Некоторое время Плезир увлеченно следил за ним, но вскоре был утомлен непониманием происходящего, а потом завалился на бок и полностью лег на землю, принявшись мерно посапывать, будто и впрямь улегся спать. Слухом он проводил снова подошедшую и севшую на лавочку Арису, которая, последовав примеру двухлетки, улеглась отдохнуть - повернув к ней голову на секунду, Мон увидел, как девушка расположилась на лавке и закрыла глаза. Забавно хрюкнув, Рыжик снова положил голову и, утихомирив свои мысли, отдыхал телом и душой. Обоим понадобилось минут пятнадцать: Плезиру, чтобы передохнуть, а его двуногому спутнику, чтобы понять, что на твердой деревянной лавке он точно не уснет.
– Рыжик, - донеслось сзади, и двухлетка в один миг приподнялся на передние ноги, оставаясь сидеть, как цирковая лошадь, которую умелый дрессировщик оставил сидеть в ожидании выхода в центр манежа. Двуногий друг снова что-то сказал ему, а затем протянул руку, на которой, Плезир был уверен, находилось какое-нибудь угощение. Мон не хотел упускать возможности полакомиться, потому, вскочив на все четыре ноги, он шустро зашагал к Арисе и уткнулся носом в протянутую ему ладонь. Уловив запах моркови, Мон Плезир быстро "выцепил" ее из рук двуногого губами, похрустывая и прищуриваюсь от удовольствия. После оказалось, что ломтиков моркови у человека несколько. Под радостные похвалы девушки Плезир умял всю предложенную морковь, обмахивая себя хвостом и потаптываясь на месте. А Ариса гладила его, хвалила - до чего все это было приятно. Прифыркнув, жеребчик подумал, что день его сегодня точно удался - но для полного счастья ему не хватает столь желанного вида на целый мир с высоты горных вершин.
И человек как будто с лету подхватил его настрой. В один миг Ариса, приободряюще что-то воскликнув, оказалась на тропе, заворачивающей направо и ведущей путников прямиком к выступу, забравшись на который, можно было вбежать прямо на верхушку одной из гор, если не полениться преодолеть несколько естественных препятствий в виде камней, углублений в земле и прочего. Вскинув голову, рыжий сель потрусил за двуногим спутником, обмахивая себя хвостом и довольствуясь тем, что им удалось найти такую короткую и удобную дорогу к вершине.
Тропа, завиваясь, крутой спиралью поднималась ввысь, поэтому путникам пришлось приложить много усилий, чтобы добраться до выступа. Мон Плезир чувствовал, как напрягается каждая мышца его ног, как иногда они даже подергиваются и начинают дрожать от нагрузки - но любопытство брало верх над усталостью. Тем более, когда двое были так близки к своей заветной цели.
Плезир, следуя за человеком, подбежал, наконец, к выступу, размышляя, как на него забраться. Запрыгнуть на него не представлялось ему возможным - но можно было попробовать потоптаться на  крупных камнях сбоку от выступа и уже с них перепрыгнуть на твердую землю, сократив тем самым путь. Ох и забавно выглядел, наверное, засеменивший по камням Плезир, бьющийся копытами и спотыкающийся, но медленно приближающийся к своей цели. Создавалось ощущение, что, достаточно высокий для своих лет по лошадиным меркам, конь жмется и пытается стать меньше, только бы уместиться на этих треклятых камушках. Однако, наконец, конь находит точку опоры и выпрыгивает вперед, а когда-таки приземляется с полуржанием-полувоплем на выступ, пробегает немного вперед по тропе, отбив в воздух задом и стремясь как можно дальше удалиться от надоевшего выступа, доставившего столько хлопот. Наверное, будь он маленьким коником пони-класса, едва достигавшим полутора метра в холке, он не испытал бы столько  неудобств. Но детинка оказался немаленьким.
Но его страдания стоили того - именно поэтому в следующие секунды он уже бодро рысил по тропе, которая, огибая устремляющую свою верхушку ввысь скалу, вела путников к самой высокой точке, на которую может ступить нога или - в этом случае, по крайней мере - копыто странника. Мон Плезир перешел на шаг, затаив дыхание, готовясь увидеть то, зачем он карабкался весь сегодняшний день. Скала отплывет в сторону, открыв ему вид на безграничные просторы Заповедника - и даже на то, что лежит дальше, за его пределами. На спину и бока давит разрежённый горный воздух, бока Плезира раздуваются, он медленно ступает шаг за шагом, пока, наконец, не останавливается на месте, словно вкопанный. "Вот оно... Ты видишь?"

0


Вы здесь » Аureа mediocritas » Природа заповедника » Горы


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2016 «QuadroSystems» LLC