Вверх страницы

Вниз страницы
Мы сменили дизайн, «почистили перышки» и готовы принимать новых членов нашей Системы.
Напоминаем, что Система недавно обзавелась новым КСК – Заповедником «Белая лилия», в котором все желающие смогут отдохнуть.

Люди, чьи аккаунты были удалены - не паникуйте, форум был восстановлен из резервной копии и некоторые данные потерялись. Просто зарегистрируйтесь заново.
На ролевой осень, конец ноября. Лужи уже начинают замерзать, а дорожки заносит редкий снег. Будьте осторожны на прогулках и не пытайтесь проникнуть в Академию в такой холод и гололед.
АКАДЕМИЯ: Зам Директора АКАДЕМИЯ: Директор АКАДЕМИЯ: Главный тренер по выездке
АКАДЕМИЯ: Смотритель Академии
АКАДЕМИЯ: Дочь смотрителя
32
53
51
56
9
КСК "Лотос" остается лидером в рейтинге на протяжении нескольких сезонов. Теперь, его рейтинг станет еще более несокрушимым благодаря поддержке заповедника "Белой Лилии". Кажется, Вне Системные КСК станут самыми богатыми КСК года.

Аureа mediocritas

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Аureа mediocritas » Зеленый оазис » Лес с поляной по середине (сюжетная локация)


Лес с поляной по середине (сюжетная локация)

Сообщений 1 страница 14 из 14

1

Густой еловый лес с узкими тропинками, после широкой полосы непроглядного леса можно наткнуться на большую поляну, окаймленную со всех сторон стеной высоких деревьев. Посредине поляны есть не большое озеро и старая плакучая ива, под которой хорошо сидеть и отдыхать в жаркий день. Прекрасное уединенное место.

Сюжетная линия №2 Сплочение

Время в сюжете: После собрания в Доме советов.

Описание: Для сплочения коллектива Школы Клуба и "Лотоса" был организован поход. К походу присоединяются члены Академии, для лучшего знакомства с соперниками. Задача "тройки" раскусить врага и не показать себя как слабых сопляков. Общая цель похода - взаимооценка каждого участника, своих соперников, лучшее знакомство с союзниками. Марлена будет иметь возможность оценить обстановку для создания лучшего плана по тренировкам Школы и Клуба. "Лотос" не участвует в соревновании между КСК, однако проявляет беспокойство по поводу сложившейся ситуации и допущен к походу как группа поддержки.

0

2

Окончание лета. От него веет прохладой и пришедшим из далекого прошлого осенним ветерком. Ведь как часто кажется, что в последний раз время дождей и золотистой опавшей листвы посещало нас так давно. И в то же время, цикличность неизбежна - и рано или поздно, сентябрь тоже возвращается в нашу реальность.
Но в этот раз проводы лета выглядели совсем не так уныло, как могли бы. По распоряжению Марлены все желающие могли принять участие в необычайной прогулке верхом. Это был настоящий поход, отправиться в который мог абсолютно любой желающий. Одной из главных негласных целей похода было сплочение Альянса, ознакомление с товарищами по команде. Посмотрев на способности лошадей и всадников, можно было сказать, каковы шансы у всей сборной трех КСК на предстоящих стартах. Возможные представители Академии, которые тоже, бесспорно, могли заявиться на участие в походе, смогли бы посмотреть на конкурентов.
"Потому-то и надо показать себя достойно", - заключила в мыслях Андреа Херфурт, главный тренер Школы Верховой Езды по выездке, водружая седло на спину серого учебного жеребца Лорда Байрона. Сегодня она должна была отправиться в поход на этой лошади. Меттью Николс - парень, который все это время занимался на великолепном учебном коне - уехал на неопределенный срок, устроив себе так называемые каникулы в семейном кругу. А может, кругу друзей - это уже на его усмотрение. Некоторое время Андреа сама работала с серым жеребцом, а теперь решила вывести его "в свет" - на эту великолепную, пока еще летнюю прогулку.
Но была у этого похода и другая, частная для Лорда и Андре цель - серого жеребчика присмотрели представители Лотоса и теперь администрация клуба запросила перевести эту лошадь туда с целью обучать новичков. Главными претендентами на этого коня были знакомые Андреи: Клеменси Ассель и ее ученик, Фридрих Хартман. С обоими Фрау Херфурт имела честь познакомиться на недавнем собрании в Доме Совета.
А теперь лошадь, которая была у нее в работе, должна была перейти под чуткое руководство ее новой знакомой. Нет, это ничуть не задевало тренера: кому, как не ей, понимать, что судьба и карьера любой лошади может повернуться и не так внезапно. Можно сказать, что Байрона собирались отправить работать по специальности. "Хотя та ли специальность?" - вздыхала девушка с длинными волосами, размышляя о судьбе серого коня.
- Ты сам-то хоть понимаешь, Байрош, что тебе переезжать скоро? - полная загадочности спросила жеребца Андре, подтянув подпругу и поправив крыло седла, - Между прочим, не исключено, что в последний раз едем с тобой гулять.
Улыбка на лице Фрау Херфурт отдавала грустью, когда она сделала пару шагов назад, оглядев коня. На сером уже  было прогулочное трензельное оголовье, темно-синий вальтрап и черное - в цвет оголовью - универсальное седло. Оставалось только надеть ногавки - Андре не могла отпустить своего копытного подопечного без защиты на ногах. Может, это была и излишняя забота, но Херфурт вполне можно было понять - за время работы этот конь заслужил ее уважение. Правда. Она очень ценила его помощь в работе с Меттью, а также терпение серого и безграничное желание учиться чему-то новому. Посему и отпускать в Клуб коня ей было, признаться, немножечко жалко.
Девушка похлопывает коня по мощной шее, а после выходит из денника, берет в руки оставленные неподалеку ногавки и возвращается. Завершив экипировку лошади, Андре еще раз проверила подпругу, подогнала стремена и подошла к коню спереди. Заглянув в мудрые глаза учебной лошади, Андре сказала:
- Ну вот, мы готовы. - подытожив, девушка поправила челку коня и, не удержавшись, погладила лоб и храп серого. Только после этого она отвернулась, открыла дверь денника и вывела жеребца в коридор конюшни. По округе стали разноситься стук каблуков верховых сапог всадницы, цоканье копыт лошади и, конечно же, как и всегда, всхрапы и ржание стоящих в денниках лошадей.
Проходя мимо одного из денников, Андре задержалась и заглянула внутрь. Лошади по кличке Зомби уже не было внутри - стало быть, они с Эрин успели собраться раньше, нежели Херфурт и Байрон. В этом была, по большей мере, заслуга самой наставницы: она чистила коня дольше, чем обычно, проверяла всю амуницию, несколько раз пересматривала, все ли в порядке. Тянула время. "Да, Херфурт", - твердила девушка самой себе, - "Годы идут, а твоя привязанность к лошадям в работе не меняется..."
Фрау повела серого жеребца дальше. Теперь голову тренера заняла другая мысль: действительно ли справится ее ученица с той лошадью, которую выбрала для прогулки. Конечно, Херфурт знала, что ее ученица была весьма неплохой всадницей, и она точно могла удержать под седлом лошадь, если утверждала, что может. Но сердце наставницы все равно не могло не беспокоиться о подопечной.
Наконец, всадница и конь добрались до выхода из конюшни и вышли на улицу. Погода была великолепная: небо ясное, по воздуху гуляет ненавязчивый прохладный ветерок, лишь легонько намекая, что осень приближается. С другой стороны шептало еще по-летнему теплое солнце, что у наших путешественников есть время прогуляться. Андреа отводит серого жеребца от входа в конюшню, останавливает его. Вокруг нет ни души: представители школы либо еще собираются, либо уже уехали. С трепетом в душе Фрау Херфурт подходит к лошади слева, берет в одну руку поводья, другой придерживая стремя. Ставит ногу - вскакивает в седло. Перебрав поводья, снова оглядывается по сторонам и, прижав шенкеля, направила поводом серого в сторону левад. Шагом пара должна была обойти левады, за которыми были рабочие зоны, а за ними - граница официальной территории Школы Верховой Езды. Через задние ворота пара должна была попасть на тропу, по которой кратчайшим путем добрались бы до леса, у входа в который собирались все участники похода.
Сидя в седле, Андре смотрела прямо перед собой. Иногда она подсказывала шенкелем Байрону идти дальше, а после того как они миновали левады, попросила коня прибавить шагу. Оглядываясь по сторонам, Херфурт припоминала, как она, Меттью и Байрон занимались на манеже, мимо которого они сейчас проезжали. Все-таки, несмотря на ошибки и неувязки, они хорошо проводили время. А теперь неясно, под чью опеку перераспределят Меттью Николса в связи с потерей им учебной лошади. "Что ж, поживем - увидим", - Андреа отозвала коня поводом и, как только они вышли за пределы Школы верховой езды, прижала шенкеля и отдала повод, выводя плавно серого жеребца в обычную рабочую рысь.
По тропе двое поехали облегченной рысцой. Дорога не казалась длинно или утомительной - по крайней мере Андрее. Она любовалась видами и думала о чем-то своем, пока на горизонте не показались верхушки деревьев. "А вот и место встречи". Когда они подъехали поближе, Херфурт перевела лошадь в шаг, оглядев всех, собравшихся у леса, в поисках знакомых людей и - куда же без этого - лошадей.

0

3

Это был один из прекрасных деньков августа, когда жара уже не так досаждала, а на смену ее приходила прохлада и ласковая солнечная погода. Приятно греет, но не жарит из тебя барбекю. Одно удовольствие. Лорд знал, что все в мире меняется, но в то же время идет по кругу. Скоро наступит его восьмая осень. Ему нравилось в этой поре все: запахи, краски, тепло, звуки, даже шелест листьев, который так треплет нервы порой. В жизни Байрона все было так стабильно и прочно, что он совсем не боялся перемен погоды и меняющихся времен года, ведь он сам не менялся. Однако, в последнее время что-то происходило вокруг Байрона и окутывала его дымкой неизвестности и неуверенности. Сплетни в конюшне, странные разговоры конюхов, суета. Все это мучило в стенах денника, но тут же забывалось в работе, ибо на плацу серый ни о чем другом не думал, отдавая себя всего. Уже несколько тренировок они занимались один на один с Андреа Херфут. Непутевый, но славный малый Меттью давненько не показывался. Если хорошенько себе признаться, или под пыткой, Лорду нравился этот мальчишка. Тот все может, но пока его из себя не выведешь - чуда не случится. Забавно наблюдать, как он психует и делает элемент всем на зло. Такое удовольствие доставляет. Совсем загулял пацан. Сейчас даже поиздеваться не над кем: Фрау повода не дает. Под ней хочется лишь летать и добиваться новых успехов, учить что-то новое. С Фрау Лорд просто не позволял себе снижать планку. Отзывался на каждое ее движение и подсказку. И тогда они летали по плацу. Шикарное, незабываемое время.
Вот и сегодня Крестная Фрау пришла с утра и развеяла мрачную тоску неизвестности, висящую темным облаком над серым и так не подходившую ясному теплому дню. В Школе сегодня вообще суматоха, жеребец не любил суеты и шума, но хотя бы знал причину - Школьные собрались в поход, а Фрау берет его с собой. Байрон был рад, он любил подобные мероприятия. Природа, ветерок, приятные запахи и разнообразие. Серый встретил Андреа радостным храпом, запустив в свою обитель. Однако, было в этой радости смутное тоскливое предчувствие. Иначе Лорд объяснить себе не сможет, почему чрезмерно ласков и нежен как пони вопреки принципам. Да, Херфут доставалось больше ласки от жеребца чем другим двуногим, но Лорд никого никогда не баловал. А за это утро уже несметное количество раз ткнулся в руку девушки, щекотал носом шею и легко прихватывал губами рукав, когда Андреа выходила из денника и смотрел на нее со странной грустью. Словно они больше не увидятся. Противное предчувствие. Он пытался наслаждаться чисткой, хотя прежде не придавал этому внимания, покорно давал ногу. Вскоре на нем оказалось и амуниция.
- Ты сам-то хоть понимаешь, Байрош, что тебе переезжать скоро? Между прочим, не исключено, что в последний раз едем с тобой гулять.
Конечно, он понимал. Понимал, что что-то не так и среди запахов конюшни витает запах разлуки. Лорд в очередной раз поймал рукав Андреа, взглянул на нее внимательно, словно пытаясь что-то сказать. Но Фрау уже метнулась из денника, вернувшись почти сразу. Оба все понимали, оба тянули время. Байрон прикрыл глаза, наслаждаясь лаской, а потом положил морду на ее плечо. Готовы. Уже готовы. К походу, но не расставанию.
Они вышли из конюшни под привычное ржание и серый ответил, не забыв поприветствовать единственного друга - Джо. Может, не увидятся уже. Погода, как и ожидалось, прекрасная, да только не радостно как-то. Секунда ожидания - и Фрау вновь в его седле, а Байрон повинуется малейшему движению повода и шенкеля. Никогда еще конь не шел так медленно, растягивая минуты и пытаясь рассмотреть здесь все, слово видел впервые. Вот любимые левады и зрительские места для наблюдения драк, а там рабочий плац. Трудно вспомнить моменты, когда Лорда приходилось дополнительно просить прибавить, когда он так плелся. Ему не хотелось прибавить шагу, но шенкелю повиновался. А вот и плац! Первая их тренировка. Ох и задали они Меттью жару тогда! И как пришлось помучиться с ним! Конь фыркнул и переключился на работу с поводом, пытаясь прогнать посторонние мысли. Они уже вышли за пределы. Серый уже и не помнил, как его привезли сюда. Он словно жил тут с рождения. Когда Школа осталась позади, позади осталась и ностальгия. Сейчас лучше получать удовольствие от работы с Крестной Фрау. Серый легко перешел в рысь, двигаясь по обычаю легко и свободно. Пейзажи не занимали его, но изменения он замечал. Когда поля сменились лесом, Байрон понял, что они на месте. Тут уже были люди - знакомые и не очень, а так же дражайшие соседи по конюшне, которых двуногие обходили стороной. Лорд фыркнул, ожидая дальнейших действий. Намечается что-то интересное. Неподалеку пахло озером. Может, получится искупаться?

0

4

  Кровь. Здесь всегда много крови - это в порядке вещей. Красная жидкость полностью покрыла пол, отражая разрушенные стены какого-то дома. Потолка нету - просто черная пустота. Нет, это точно не пустое пространство - парень поднимает руку, чувствуя, что может дотронуться до холодной ткани тьмы, уверен, что она будет гладкой и холодной, словно шелк, знает, что она будет приятна на ощуп. Тьма успакаивает - закройте глаза животному, и оно перестанет вырываться. Тьма пугает, однако он не чувствовал страха. Здесь не было чуств, не было времени, не было ничего того, что могло связать этот мир с настоящим - отсутсвовала температура, воздух, свет. Это место существовало всегда и никогда в общем - оно не раждалось, и не умирало...
  - Ты снова слишком много думаешь.
  Он повернул взгляд, видя за собой девушку. Она красивая, всегда красивая - просто идеальна. Кровь не огрязныет ее обувь, пока она идет - просто отталкивается, боясь большего зла. Девушка обняла его за плечи, положив белобрысую голову на плечо.
  - Ты - мой... и ничей более.

  Он открыл глаза, сразу почуствовав легкую усталость и тяжесть в веках. Прекрасное чувство невисомости пропало - воздух давил, часы нервно тикали на стене, отрезая минуты, когда одна маленькая песчинка падала из его личного времени. Как бы это глупо не было, одеяло не только согревало, но и придавало мнимое чуство защиты, а так же полностью покрывало парня ленью - подниматься совем не хотелось. Слово "надо" Бенедикт себе говорил редко. Если он делает что-то, то только потому, что хочет. В большинстве случаев.
  Уверенно откидывает с себя одеяло, в следующий миг садясь на край кровати. Если двигаться быстро, тело даже не поймет, что еще хочет спать. Быстрым шагом отправляется в ванную, неслышно ступая по жесткому ковру. Парень оставляет длинную тень, когда проходит мимо окна, сщурившись от утреннего солнца. Открывает белую дверь, ковер сменяется плиткой - холодной и гладкой. Меркт устало смотрит на свое утражение - тонкие, черные волосы взьерошены, а под глазами тонкие, еле заметные круги. возможно, надо спать немного больше - чисто из-за любви к своему организму. Он включает холодную воду,и, наклонившись над раковиной, умывает лицо. Часть усталости и лени как рукой сняло, хотя желание вернуться в свою кровать не прошло. Бенедикт - сова, и вставать так рано - нарушение всех этических и не очень правил. Однако, такими темпами он скоро начнет бесшумно летать и ухать, если не начнет ложиться вовремя.
  Выключил воду, почистил зубы, не собо уделяя внимание всему, что находится вокруг. Пусть он живет здесь недолго, но уже знает, где все находится, потому что в этом доме не было большого количества вещей. Парень вернулся в комнату, где царил теплый полумрак - окна зашторены, что не мешало надоедливому солнцу согреть его небольшую обитель. Открывает старый, слегка потрепанный от перездов, шкаф, достает черную футболку, джинсы и, ненмого подумав, легкую ветровку того же цвета, который парень считал крайне практичным. Короткие носки, что бы кеды не натирали и вот - готов к прогулке верхом.
  Идея знакомиться с другими людьми не радовала, но и отказаться значило привлечь лишнее внимание. С этой мыслю он вышел из дома, снова щурясь от света. Несмотря на жаркое солнце и безоблачное небо, Бенедикт чувствовал легкий холодок, пробегающий по коже ровным покрывалом и даже его ветровка не особо помогала. Наверное он все-еще хотел сать. укрывшись одеялом, но так дело не пойдет. Парень уверенным шагом направился к конюшням, игнорируя немногих людей вокруг.
  Дойдя до школы, краем глаза заметил удаляющего всданика - скорей всего, один из тренеров или учеников Школы, который пораньше отправился впуть. Вот же активные люди, просто тошно. бенедикт заходит в конюшни, чувствуя на себе взгляды конюхов. Иногда хочется развернуться, посмотреть им в глаза, в особо плохие дни - задушить. медленно забрать чужую жизнь, чувствовать, как душа вытекает сквозь пальцы. Но это доставит много проблем, а ему не нужны проблемы. Ему вообще ничего не нужно - отстаньте от него, и все. Юноша зашел с своему скакуну в денник, дотрагиваясь рукой до морды животного. Он кинул беглый взгляд на жеребца - чистый, как всегда, стоит только немного гриву расчесать. Аккуратно применив гребень, выравнивает волос своего скакуна. быстро одевает збрую - задерживаться тут долго не хочется. Спокойно выводит активного коня наружу, только почувствовав припекающее солнце - седлает пегого. Парень оставляет сознание пустым - думать не оч ем не хочется, а вот желание спать настойчиво напоминало о своем жалком существовании.
  Воздух расходился перед ними, когда конь перешел на рысь. Приятно, чисто на физическом уровне. Алирра молчала - она всегда просыпалась позже, словно отсыпалась за двоих. Зараза белобрысая.
  Вот они и на месте. Тут были и другие всадники, в частности одна из тренеров Школы - Андреа Херфурт. Он кинул на нее мимолетный взгляд, а на других и вовсе не обратил внимания. Сознание все так же говорило о том, чо надо отдохнуть, и поэтому Бенедикт слез с Ургаша - походит немного на ногах, прийдет в себя. А пегий может постоять пять минут - даже такое создание в силах сдерживать себя.

Отредактировано Benedict Morkt (28.08.2015 07:25:33)

+1

5

Не хочу быть сильной!
Я женщина ты Бог
Но быть красивой мой королевский долг
А ты холодный как никогда в словах, кубики льда

Много времени прошло с той поры, когда Варвару последний раз выпускали на манеж. Ее время медленно протекало в просторных денниках и загонах. За это время вороная совсем отвыкла от человеческого общества. Она одичала, ее и без того нервный характер теперь стал совершенно не предсказуемым. Арабка начала бояться громких звуков, ее любознательность и доброжелательность были похоронены под толстой коркой нелюдимости. Кобыла исхудала, ею давно никто не занимался. Пару дней назад арабку привезли в новый КСК, стресс от пережитого переезда все еще терзал ее по ночам, не давая спокойно спать. Она билась в четырех стенах, мешая спокойному отдыху всей конюшни. Вчера ее отправляли спать под открытое осеннее небо, где арабка провела всю холодную ночь вместе с утренним дождем. Теперь же кобыла оставалась на грани срыва, она прижимала уши на любой резкий звук, с трудом дала себя завести в конюшню и пропихнуть в денник. Там арабка смогла немного прийти в себя и даже заскучать. Ближе к полудню в денник зашел не знакомый кобыле человек, на которого вороная успешно фыркнула и зажала уши. Она стояла в напряжении готовая удрать в любую минуту все время, пока этот незнакомец чистил и седлал ее. Мужчина оказался вполне проворным, он не делал лишних и резких движений, выполнял все операции чисто и профессионально. Давно арабку так тщательно не чистили, но теперь вороную все - таки привели в порядок. Подравняли кончики хвоста и гривы, вычистили копыта, Варя была в таком приятном удивлении, что без сопротивления взяла трензель и дала затянуть все необходимые ремни. Она с радостью почувствовала чистый вальтрап и вычищенную амуницию. Еще больше выбило Аврору из колеи то, что раз ее седлают, значит, кто-то хочет ее лицезреть, а это может означать не большую прогулку с человеком. Кобыла была  заинтригована, она даже забыла на некоторое время о том, что она бедная маленькая девочка, у которой психическое расстройство на базе покинутости и одиночества. Единственное, что могло выдавать в арабке долгий застой, это только выпирающие больше нормы кости, но в ее черных глазах уже блестела жизнь и интерес к окружающему миру. Кобылу вывели из конюшни, во дворе светило ярко солнце, хотя не сильно согревало. Вместе со своим проводником арабка направилась к воротам, ведущим за пределы КСК. Там они и остановились в ожидании. Через 15 минут за воротами послышался шорох шин. Кто-то приехал, арабка сразу это поняла и навострив уши подняла морду, чтобы получше рассмотреть гостя. Машина тихо и плавно остановилась около ворот, сердце кобылы бешено стучало, она замерла в ожидании. Через кованую структуру ворот было не очень хорошо видно гостя, но он двигался плавно и неспешно, хотя и целеустремленно. Охранник КСК привел в движение металлическую громадину преграждавшую гостю путь и Варя, наконец, смогла рассмотреть его. Только теперь это был не он, а она, так как в гости к ним пожаловала Виктория Лондон, хозяйка арабки, с которой они не виделись черт знает сколько времени. Кобыла была в таком восторге, что начала вести себя прямо таки не прилично, она заржала и начала «танцевать» в руках у мужчины. Пока Вика улыбаясь направлялась к своей девочке, та уже успела оттоптать ноги коневоду. Обычно она себя так не вела, но мы уже говорили, что на данный момент у кобылы не все хорошо с психикой и самоконтролем. Она стала еще более эмоциональной и непосредственной. В ответ на приветствие девушки Аврора ткнулась в ее грудь носом, она готова была как кошка виться вокруг хозяйки, но могла только плясать на одном месте. Сейчас же ей пришлось взять себя в руки, так как Вика была слишком близко и кобыла могла нечаянно причинить ей боль. Собрав все свое мужество в кулак, арабка как могла успокоила свои ноги. Она прикрыла глаза и постаралась угомонить бешено бьющееся сердце. Пока Вика устраивалась поудобнее, кобыла судорожно перебирала в голове все, что только помнила из своей практики в выездке. Ее уши беспрестанно двигались, хвост пару раз ударил по бокам, и все стихло, легкий посыл и кобыла двинулась с места, она шла широким шагом, из всех сил сдерживая себя, чтобы не перейти на рысь. Возбужденное состояние не давало ей полностью сконцентрироваться и расслабиться, поэтому шаг выходил немного дерганным и энергичным, словно подпрыгивающим. Кобыла понимала, что она напряжена и хозяйка это почувствует, но еще она надеялась на то, что Вика не испугается столь странного поведения и не станет сейчас воспитывать ее. Все что нужно было вороной, это покой и общение с близким для нее человеком. Оставалось надеяться на то, что ее хозяйка не покинет ее через каких-нибудь пару часов, для того, чтобы вернуться через месяца, ато и годы.
Я не смогу так жить вечно, через какое-то время будет просто не к кому возвращаться – с грустью подумала арабка в продолжение своих мыслей на счет жизни. Она покорно шла по тропинке туда, куда направляла ее Лондон, не особенно заботясь о том, чтобы как-то интересоваться местностью и причинами их прогулки. Однако за своими мыслями она даже и не заметила, как они приблизились к не большой группе людей и лошадей. От неожиданности Варя даже забыла, о чем только что размышляла. Она - то думала, что они просто идут гулять, один на один, а тут оказывается все не так просто. Конечно, если эта группа не случайные встречные ученики из КСК. Тем временем арабка почувствовала, как натяжение повода ослабло и совсем прекратилось. Кобыла удивленно и не понимающе подняла голову и ее уши стали торчком. Она во все глаза рассматривала собравшихся здесь, но не стала подходить слишком близко. Так как хозяйка, похоже, отдала Варе право голоса в этой ситуации, арабка с радостью им воспользовалась, остановившись и переваривая события последних пары минут.

0

6

День начался угрюмо для новенького в Клубе фьордского жеребца. Ник проснулся, заслышав переполох на конюшне. Сначала ему очень не хотелось просыпаться. Коню снился какой-то особо сладкий сон. Но конюхи слишком громко переговаривались между собой, лошади стучали копытами, наездники восклицали и вскрикивали.
Никлас неохотно смотрел на все это дело из денника. Лошадей куда-то вели, других чистили, третьих седлали. Самый разгар подготовки к тренировкам в Клубе. Никлас фыркнул. Нет, все таки хорошо, что эта волна не доходит до меня. И снова потупился, низко опустив голову.
Дверь со скрипом приоткрылась, через щель в денник бросили охапку сена. Винс увернулся от летящего жмута корма и прижал уши к голове, состроил "крысу".
Сколько можно вот это вот?! Не надоело? Глупые конюха. Я же ничего вам не сделал! Пока что. Конь двинулся в сторону нерадивого работника, но дверь резко с громким звуком захлопнулась. Конь вздохнул, тряхнул головой и повернулся к сену. Собирай потом после вас по всему деннику! Ой, люцерна! А вот это уже приятнее. Конь смаковал излюбленный корм, поглядывая на смятение, творящееся в конюшне. Новички не справлялись с лошадьми, конюхи мели проходы, за одним парнем лошадь выходила полностью без амуниции, хлопали двери денников, люди носили охапки амуниции. Клуб всегда отличался своей разношерстностью.
Никлас с неким ленивым интересом наблюдал за жизнью конюшни. Его привезли совсем недавно, и пока что серьезно за него никто не взялся. За фьордом не закрепили ни ученика, ни тренера, даже прихотливые одинокие посетители клуба не хотели брать его в свои напарники. Ну ничего подумал конь, пережевывая особо вкусный пучок сена Я вам еще покажу, что в моих силах. Поначалу Винсент очень остро ощущал одиночество без своих товарищей, напарников по работе и прогулкам. Но сильнее всего не хватало, конечно же, Келе. К тому же Ника всего пару раз вывели в леваду. И на том спасибо. Мрачно подумал фьорд. Он совсем не знал, что можно ждать от этого места. Включат его в работу? Столкнут лбами с новенькими? Подгонят под опытного перспективного всадника? Поставят в упряжь? Нет, Никлас никак не мог предположить, что с самого начала его возьмут на прогулку в лес.
Мимо денника прошло несколько человек. Никлас уже доел свою люцерну.
- Нас попросили выделить одну лошадь для похода. Ваши мысли по этому поводу?
Собеседник, которому задали этот вопрос, видимо, оторопел.
- Но, сэр, как же - у нас все включены в работу, все заняты - лишних нет.
- Что ты мелешь? Вот стоит жеребец, заезжен, красив, роскошен, легок и прыгуч! Что еще тебе надо?
- Да уж, я такой- фыркнул Нико, который незамедлительно навострил уши, почувствовав внимание в свою сторону.
- Мы не можем взять его, отдать незнакомым людям. Он только приехал.
- Прекрати городить чушь! Я говорил с его прежним хозяином - конь прекрасно обучен. От одной прогулки ничего не произойдет. Эрин хорошая всадница. Скажи Джорджу седлать его.
Никлас был очень удивлен таким поворотом событий. Его вывели, поставили на развязки и стали чистить, тихо бормоча: Ну-ну, поглядим. Не убей там кого, красавец.
Уж постараюсь! почти огрызнулся Ник. Я - не - лю - блю - раз - вяз - ки! Никлас интенсивно замотал головой, показывая свое недовольство. Джордж огладил его шею и протянул сухарь на раскрытой ладони.
Хорошо, хоть этот смышленый попался. Клянусь, если бы попробовал ударить меня - тотчас вылетел бы вон в то окно с отпечатком копыта на лбу. Человек и правда был профессионалом, он быстро почистил коня, более-менее комфортно подогнал седло. Мне нужно мое седло. Это сидит не идеально. Сегодня - прощаю, но в другой день работать не буду! Мужчина снял недоуздок, положил повод на шею коню, помог ушам коня найти свое место и мягко предложил ему взять в рот железо, Винсент опустил голову и вздохнул, человек уже было собрался вложить трензель ему в рот, но Никлас решил иначе. Он вывернулся из-под руки Джорджа, освободился от уздечки, отпрыгнул назад, и так только оседланный размашистой рысью пробежал мимо денников. Дорогу ему загородили несколько конюхов. Конь растолкал их. Свалите! Скажите спасибо, что не покалечил! Но люди явно не желали сдаваться. На пути разбушевавшегося фьорда встал какой-то парень, частник, судя по всему, он выставил руки вперед, и коню пришлось затормозить. Ник по инерции вздыбился, перебирая копытами в воздухе над головой смельчака. Хахаха, я тебя выше! Парень, видимо не оценил шутку, только засвистел на одной ноте, успокаивая коня. Ник снова встал на дыбы, в узком проходе это было нелегко, но фьорд был достаточно легким и маневренным, чтоб позволять себе такое. И в этот момент в конюшню зашла девушка, для которой его седлали. Конь отвлекся на нее, и люди, улучив момент, одели на него оголовье. Никлас фыркнул: мол так тоже хорошо, знайте - это не мой предел.
Получите - распишитесь, мисс Хэтуей. Конь пританцовывал в руках Джорджа. Как я тебе, отчаянная?
Девушка вскочила в седло и ударила коня ногами по бокам. Эй, полегче, имей ввиду - я не из тех, кто долго терпит!
Они выехали из конюшни. Нико немного успокоился и решил насладиться прогулкой. По дороге отчетливо слышался запах леса, и он влёк Ника, сильнее чем полная овса кормушка. Несколько раз он по своему личному желанию поднимался в рысь, радуясь возможности размять уставшие после такого долгого стояния в деннике ноги. Жеребец не реагировал на попытки осадить его и замедлялся только в своих собственных порывах.
Не боись! Я не всегда столь неуступчив. Как говоришь тебя зовут? Эрин. Надеюсь, наш тандем удастся.
Впервые за столько времени Винсент почувствовал приподнятое настроение и надежду, что все еще может наладиться.

0

7

-Да ты на него не сядешь!
-Спорим?!
Хэтуэй не собиралась проигрывать. Вчера она поспорила с Николсом, что отправиться верхом в поход на новоприбывшем жеребце, строптивом, коварном Зомби, ей вполне по силам. Она бы не спорила, если бы не была уверена в своих силах, а даже нет - все равно не отступит, а там будь как будет. Когда Эрин объявила свое решение кто-то насмешливо усмехнулся, предвкушая смачный триллер, кто-то покрутил пальцем у виска, кто-то из азартных учеников делал ставки. Те, кто хорошо знали девушку лишь махали рукой, знает мол что делает.
Если Эрин бралась за дело, то подходила к нему ответственно. Сегодня она пришла с утра пораньше, хотела выделить время для нового напарника, найти с ним хоть долю контакта, прогнать на корде. Хэтуэй не нравилось, когда делают работу за нее и часто играла с конюхами в "Кто почистит первым". А с Сиэлем кроме нее почти никто не работал. Нельзя сказать, будто не доверяла персоналу, но то, что она может сделать сама - она сделает сама. "Сел и поехал" - не ее девиз.
Девушка во всеоружии шла по проходу конюшни. Ничто не портило настроения. Одежда была удобной, движений не стесняла: легкий гольф, жилетка, слегка поношенные бриджи. На спине маленький рюкзак с вкусняшками для четвероногого и перекусом для себя, аптечка на всякий случай. Ничего не мешало, кроме одной вещи. Эрин на миг остановилась и наклонилась, чтобы поправить шпоры на сапогах. Не хотелось их использовать, но на Зомби без них никак, об этом предупредили. По телу прошел легкий мандраж. Нет, девушка не боялась, но такие события всегда волнительны. Новый конь, поход в лес. До денника еще пару метров, чтобы успокоиться, в деннике уже нервничать не следует.
А что там за шум? Хэтуэй ускорила шаг и увидела следующую картину: жеребец дергался, крысился и вырывался из рук ветеринара, который ловко уворачивался от лошадиных зубов и одновременно крепко держал ногу. Тем временем конюх пытался удержать гнедого и тихо ругался. Девушку сразу не заметили.
-Что случилось?
-Аа, мисс Хэтуэй, доброе утро. - отозвался конюх -Да этот дурень ипподромный ногой об дверь саданул, как жеребца увидел. Со всей дури ударил, теперь хромает.  Боюсь, поехать не выйдет. Да и кто знает, что он на природе вытворит.
-Да уж. -Эрин вздохнула, не зная что и сказать. Сейчас она была в полной растерянности. Зомби хромает, Сиэль на ветпрофилактике, остальных разобрали. Напросится к кому-то прицепом? Даже думать не хочется. Поблагодарив конюха, Эрин отошла в сторону и прислонилась к деревянному косяку. Темно-гнедого переводили в крайний денник.
Девушка лихорадочно искала выход из ситуации. Хорошо, что пришла пораньше, есть еще время. Попросить лошадь из другого КСК? Академия не подходит, может из Клуба кто? У нее ведь есть там знакомые. Авось связи помогут. Эрин достала мобильный чтобы найти нужный номер знакомых.

Согласились помочь, если все получится. Все равно выхода иного нет. Расстояние до Клуба Эрин протопала пешком. Наверняка в поход теперь опоздает, ну да ладно. Рано, поздно, все равно приедет! Иначе она не Хэтуэй. Девушку встретили у ворот конюшни и попросили подождать, пока ей подыщут коня. Эрин кивнула и присела на какую-то лавочку. Она напряженно слушала разговор в проходе. Кажется, с лошадьми были проблемы, один конь под вопросом. Хэтуэй скрестила пальцы в надежде. Да, коня ей дадут. Спустя пару минут послышался шум, грохот копыт и возня. Копытный напарник, видимо, Зомби не уступает. Ничего, все равно она на это настраивалась, прорвемся. Эрин сняла шпоры и спрятала в рюкзак. Справится своими силами.
Эрин решилась подойти ближе и посмотреть на коня. Тот стоял ровно, наступило затишье, и конюхи натянули на него оголовье.
Это был на самом деле красивый мощный фьорд. В нем были видны сила и характер. Он ни в чем не уступал другим лошадям. Жеребец понравился Эрин сразу же, а непокорный с виду характер добавлял ему изящества. Один вид вызывал уважение. Хотя лошадей девушка ценила не за внешность. Ей хотелось поскорее начать работать с ним.
Получите - распишитесь, мисс Хэтуей.
Эрин поблагодарила и подошла к коню, погладила по мощной шее.
-Как мне называть этого красавца?
-Николас, он же Ник, он же Винсент, на ваше усмотрение.
Девушка еще раз поблагодарила конюха и приняла коня. Жаль, не удалось познакомиться с ним с самого начала. Ладно, хотя бы выведет она его сама. У ворот конюшни Эрин легко запрыгнула в седло, подогнала стремена, набрала повод и толкнула Ника в шаг. По реакции коня она поняла, что перебрала с шенкелем. Хорошо хоть реакция не была бурной. Следует быть осторожнее. Шаг Николаса был мягкий и плавный. Действительно, шикарный напарник ей достался. Но расслабляться не стоит. Это всего лишь пять минут шага.
Хэтуэй с утра готовилась к вестерну или родео на Зомби, но на Николасе было поспокойнее. Она не гнала коня в рысь, зная, что начало работы должно пройти шагом, еще и на незнакомой лошади. Да и вообще, на природе можно дать себе расслабиться и спокойно наслаждаться окрестностями. Чем ближе лес, тем сильнее чувствовался запах хвои и сказочной свободы. Пожалуй, лес Эрин любила наравне с прогулками по рельсам. Где еще так отдохнешь? Ну, кроме конюшни конечно. Николас тоже почувствовал перемену и самовольно переходил в рысь. Эрин была не против, но лучше о таком договариваться. Попытки взять контроль над ситуацией обвенчались крахом, жеребец подчинялся лишь своей воле.
Хэтуей подумала, что конь мог и застояться, отсюда и такое поведение. Добавить выезд на природу и учесть при этом характер жеребца, а он видно не простой. Все же, Эрин надеялась найти с Ником общий язык и поладить. Сейчас наездница решила уступить коню в рыси, но предложить сотрудничество.
-Окей, Винсент, давай рысью, но работаем в паре, хорошо? Думаю, от сотрудничества удовольствия от прогулки будет больше. - Эрин улыбнулась и ласково потрепала коня по необычной гриве, мягко прижала шенкель и отозвала поводом.
-Хм, я назвала его Винсентом...А как лучше? Может Николас? Красиво же. Кстати, Ник...Черт, я Николсу проспорила!
Деревья стали чаще, хвойный аромат сильнее. Под копытами напарника хрустели сосновые иголки. Поблизости послышалось конское ржание и голоса. Да, они у цели.
-Приехали, Винс! - Хэтуэй погладила коня по шее и направила к поляне. Оу, да тут уже народ собрался. Парню в темном, который был владельцем пегого жеребца Эрин просто кивнула. Видела его мельком в конюшне, вот и повод. Девушка на вороной кобыле была не знакома, другие тоже, а тренера на сером Лорде узнать можно из толпы. Эрин приветливо кивнула ей и подъехала ближе, при этом сохраняя дистанцию. Лорд - мирный конь, но как относится Ник к другим лошадям было неизвестно.
-Доброго утра, фрау Херфурт -ученица Андреи в отличии от других почему-то предпочла немецкое обращение -А у нас тут форс-мажор. Пришлось обращаться за помощью к Клубу. Доверили этого красавца.
Эрин не удержалась снова огладить жеребца. Она осмотрелась по сторонам и глубоко вдохнула запах леса. Сосны, поляна, озеро, люди, кони. Да, это будет шикарный день!

Отредактировано Erin Hathaway (29.09.2015 18:45:35)

0

8

Конь только продер глаза. Пол конюшни как обычно не было. Что ж, не мудрено. Пегий красавчик всегда вставал позже, да и работал до полуночи, ну, как работал. Когда он только приехал, утренняя суматоха этой живущей отдельно от него конюшни сильно давила на мозги, но сейчас его сон был почти не пробиваем. Подобно слуху матерей, которые уснув у колыбели не реагируют на грохот сапог, шум автомобилей, но подрываются с места услышав какой-то звук от малыша, во время сна Урса реагировал лишь на Бенедикта. Даже на его шепот, полушепот, полуслово и, кажется, даже вдох. Но эта суперспособность очень редко использовалась. Обычно наездник просыпался и того позже.
  Сейчас он пришел на удивление быстро. Пегий не упустил момента и протерся головой о хрупкую человеческую руку. Он чувствовал эти усилия двуногой сонной мухи и не понимал зачем. Не видел смысла. Но чувствовал его взгляд на своей шкуре и позволял себе насладится такими моментами. Этот паршивец не так давно бросил его, благо хватило у него ума вернуться, и конь зла не держал. Почти. Сейчас пусть седлает. Не до разборок.
  Бенедикт сделал все как обычно: чисто и четко. Жеребец послушно взял трензель, подвигал челюстью, привыкая. Это длилось не долго. Конь помнил. И его счастью не было предела. Это был вестерн. Его карие глаза загорелись азартом. Он хочет, действительно хочет мчать и чувствует этот накал. Сердце давит на грудину. Затем седло. Приятная тяжесть. А затем сам всадник.
  Немного порысив, конь переходит в лоуп. Ветер приятно треплет гриву, а нос наполняют ароматы летних трав. Он не знает куда идти. Вернее, попросту не совсем уверен. Издали могло бы показаться, что Бенедикт управляет пегим с помощью мысли, просто конь внимателен до наездника. Хотя, вы, наверное правы, без ментальной связи здесь не обошлось. Последние мгновения, я чувствую, они близко, жеребец еще больше прибавил шаг. Надо же как-то разбудить ненаглядного. Скользящая, не скользящая... Весело заржав, пегий как обычно эпично появился, влетев на поляну. Его не особо беспокоил наездник, как-нибудь да удержится, а вот влететь в соседей не хотелось. Он затормозил, по инерции переходя в лоуп. Остановился. Беня послушной тушкой стек на земь. Похоже, его поездка не особо растормошила. Жеребец шутливо клацнул зубами в непосредственной близи его руки, но тот, похоже, не обратил внимания. Спасибо, брат, - четвероногий с некоей улыбкой глядел ему во след. Похоже, настало время веселиться!
  Его окружали многие новые всадники, кони, звуки. И они все жаждут твоего внимания... Что ж, никого и ничего особенного. Какой-то треклятый пони, тетенька-зануда и такой же конь. Пфе. Жеребец поморщился. Он пока шагу не ступил, оглядываясь по сторонам.

0

9

Bitter Mint. Два года с  первой встречи

http://s7.uploads.ru/t/tXDSG.jpg

Сегодняшнее утро началось достаточно рано, но со временем ранний подъем настолько входит в привычку, что уже не замечаешь, что не доспал несколько часов. Это потеря восполняется сполна, когда тебя встречает не застоявшаяся, а полная сил и энергии, настроенная на работу и общение лошадь. Собираясь, время от времени рассеянно поглаживаю кошку, настойчиво требующую ласки. Сегодняшний выбор – черные джинсы, просторная светлая футболка и кофта, до поры до времени упрятанная в легкий рюкзак. Его -  за плечи.
Закрывая дверь дома, чувствуется ветер, встрепывающий волосы. Осень уже приблизилась дальше некуда, и сегодня нас ждет восхитительный поход.
Лотос как всегда встречает меня ржанием. Заждались любимые. Иду мимо денников, приветствуя каждого на своем пути - кого-то поглаживанием по носу, кого-то улыбкой, кого-то ласковым словом. Захожу в раздевалку, чтоб переобуться. Я уже прекрасно знаю, кто сегодня выезжает в поход от Лотоса вместе со мной.
Пусть пока что лошадей здесь и немного, но есть все-таки надежные, сильные кони, которые донесут до места назначения, которые будут внимательно слушать каждую мою команду или просьбу и выполнять их беспрекословно. Но это не только путь самый легкий, он нежелателен для меня. В деннике застоялся Минт, и я знаю, что прогулка уж точно пойдет ему на пользу. Нет времени и смысла думать, какими мы будем выглядеть в глазах остальных (даже не смотря на то, что познакомиться и зарекомендовать себя – одна из целей этого похода). Для меня важно другое. Хочется хорошо отдохнуть вместе с Мятным. А потом уже встретиться с новыми и старыми знакомыми. Звучит несколько эгоистично, но для нас это важно сегодня. Мне хочется развеять все то, что обычно гложет его. От большинства воспоминаний, что связаны у меня с ним, становится зябко, и все-таки приятные и теплые моменты тоже есть. Они контрастируют со всем, что им предшествовало. Я зашнуровываю высокие кеды, и погружаюсь в своим мысли.
Дело было несколько лет назад. Предыдущая конюшня, где я работала, набирала лошадей. Я была загружена работой с учениками. Сразу вспомнила про коня, о котором слышала от одной знакомой. Совсем от рук отбился. Еще немного – и продадут первому встречному. Такие формулировки не сложно читать по губам – или далеко не самый благополучный прокат или бойня. Вот уже на руках документы. Bitter Mint. Караковый тракен. Я читаю его имя, и на языке горчит мята. Я пока что только пробую эти слова на вкус, но так будет каждый раз, когда я буду звать его по имени. А потом, следующей картинкой, – денник, в углу которого забился конь. Он не желает выходить на свет, не желает ни за кем следовать. Тьма затопила его глаза, и я отчетливо помню, как окунувшись в нее, я почувствовала щемящую боль в груди. Мне передался страх этой лошади. Страх и решительный отказ. И тем не менее все документы были подписаны. Следующим кусочком воспоминаний служит момент, когда я пытаюсь убедить его выйти из денника, чтоб грузиться в коневоз. Была на редкость сильная гроза, с неба лились потоки воды. Сверкали молнии, за которыми следовали оглушительные раскаты грома. Собралось много людей, все они пытались вывести его, одной девчушке удалось одеть недоуздок на караковую голову. "Бери, веди." Я осторожно захожу, стараясь ни чем не спугнуть, а успокоить, тихо разговариваю. Но мои движения не осторожные, я не боюсь, что он ударит или удерет. Я просто хочу дать ему понять, что раз мне не страшно, то и ему не должно быть. Но он мне не верит.
Минт стоял, как вкопанный, глаза навыкате, ноздри раздуты, уперся ногами в пол, задрал голову, на которой по счастливой случайности уже был надет недоуздок. Оставалось прицепить к нему чембур, и это считалось бы полной победой. Я попробовала дотянуться рукой до морды коня, не дается, уходит, храпит. И я его понимаю. Я бы оставила его здесь и не мучила, но здесь ему будет не лучше. Это как неприятные лечебные процедуры. Все внутри обрывается, но ты знаешь, что сделать это надо. Я встречаюсь глазами с темно-карими глазами коня, протягиваю руку. По небу раскатывается грохот грома. Напряжение достигает высшей точки внутри Мятного, он вскидывает голову, ударяя меня. В глазах темнеет, отступаю назад, опираюсь рукой о стену, ладонью прикрываю рот и чувствую  свою горячую кровь. Меня хватают под руку, мотаю головой, мол ничего, старательно закрывая рассеченную губу. Пользуюсь оцепенением коня, щелкает карабин. Выходим. Я удерживала все кольца чембура одной рукой, коню ничего не стоило вырваться, но он этого не сделал. Дорога машиной была ох какой нелегкой. Еще долго на моей губе красуется темно-красная полоса.
Говорили же. Не раз и не два. Зачем усложняешь себе жизнь? За что тебе здесь бороться? Бросай, не дури голову. Я действительно хотела сделать это. Но просто не могла.
Наши первые тренировки были каким-то кошмаром. Как впрочем и вторые и третьи. Его невозможно было поймать. Он не видел меня в упор. Он отказывался слушать и вникать. Он очень долго привыкал просто к человеку подле себя. Все занятие могло состоять только из, того, что мы просто стояли рядом. И разговаривали. Работа продвигалась очень медленно. Прошло действительно много времени, прежде чем он начал терпеть мое присутствие при работе в руках. Минт никогда не кусал меня. Но он был настолько легок, что просто уходил из рук, убегал, не реагировал не на что. Было очень сложно достучаться ...Возьми лучше ученика нового, чем убиваться с безнадежным. Столько времени в пустую. Седло мы сначала учились просто носить на себе. На что обычной лошади требуется одно занятие, ему требовалась серия тренировок. Не потому что он не понимал чего от него требуется, он просто до последнего не хотел доверяться мне. Он не хотел ничего делать для меня. Каждая новая встреча в деннике начиналась с чистосердечного признания в том, что я не причиню ему вреда.
Порой под убеждения окружающих у меня и правда сдавали нервы. Особенно было тяжело, когда Минт сломал мне руку. Мы шли в проходе, и он как всегда не реагировал на мои команды, просто скачок в сторону, и этого хватило, чтоб раздробить мне запястье. Слезы, сопли, все дела. Хлопаю дверью раздевалки, столько срывов и истерик. Зачем тебе этот псих? Ты ему не поможешь, его уже загубили! Это не было нужно никому. Только нам. Наша победа на двоих.
Состоялась ли?
Выхожу из раздевалки. Даже работая на другом месте, я приезжала к этому коню. Устроилась здесь. Та конюшня распадалась, костяк ушел, коней распродавали. Директор Лотоса выкупил Минта сюда. Переезд был легким и приятным, жеребец отлично освоился. Захожу в денник с щетками в руках, и встречаю знакомый взгляд. Минт смотрел исподлобья, правит свой взор прямо, без вызова, но с предостережением. Он спокоен. Подхожу ближе. Минт облизывает мне руки, легонько толкает их носом. Это выражение признательности такое ненавязчивое, что мне кажется, что его не было вообще. Доброе утро, солнышко.Я смахиваю с темной шерсти пыль от опилок, расчесываю короткую шелковистую гриву, конь облизывается, и я сама уже этому не верю. С ним я стала очень тяжело привыкать к успехам. В любой момент нужно быть готовой вернуться назад и повторить все сначала. Вальтрап, подушка, легкое коричневое седло, похожего цвета кука. Я бы взяла недоуздок, но сегодня хочется быть при полном параде. Помнится, как когда-то мы пришли на верховую прогулку пешком. Когда я села в седло, Мятный стал пританцовывать, отказываясь двигаться вперед, и всю прогулку мы проходили в руках. Выходим на свет. Я глажу коня по шее, любуюсь яркими подпалинами, греюсь в лучах солнышка. У нас есть время. Наконец вскакиваю в седло. Выходим шагом, на прямой дороге даю легкий шенкель -  Минт давно повадился не дослушивать мои команды до конца, с полуслова так сказать - точно такой же непринужденный галоп. Легкий, мягкий, ритмичный. Прошу его ускориться, и Минт разгоняется. Переход в рысь. Рысь-пасе Вместо испанской предлагает мне собранную, корректирую его движения, и на каждый темп караковый конь выбрасывает вперед ноги. Теперь можно и собранную. Ай браааво. Переходим в шаг, глажу коня по шее. Нет, все же кое-чего нам удалось добиться. И мне уж точно не кажется. Я чувствую безмерную гордость, оглаживаю коня и говорю ему слова похвалы. Без шуток, одна из самых сложных лошадей на моей практике. С самыми легкими движениями. Размеренным шагом подходим к месту встречи. Доброе всем утро!

+1

10

/Начало игры/
Скажите, где вы рассчитываете встретить лошадь?! Наверное, где-нибудь в поле или на ухоженном пастбище? А если вспомнить рассказы о ковбоях то наверное в голову придут прерии...
В общем, любой, кто хоть немного разбирается в лошадях подумает о каких то равнинах, но точно не о лесе..
Однако наша героиня жила именно тут!
Устав от жестокости и равнодушия хозяина, Буря предпочитала держаться подальше от людей. Слишком приметная на открытой местности она скрывалась в лесу. Конечно, ей порой бывало одиноко, её тянуло к людям, но она слишком боялась довериться им снова. А лошади... Пегая и забыла когда последний раз близко общалась с лошадьми. Разве что редкие встречи с такими же как она несчастными "покатушными" лошадьми.
Кобыла порой чуяла людей на окраине леса, но пока что не готова была вновь им довериться и продолжала прятаться в лесу. За это время она немного отъелась на зелёной пока траве, хотя уже кое где она начала увядать.
А не так давно она обнаружила в лесу чудесную поляну. Небольшое озеро позволило не только напиться вдоволь, но даже и искупаться. Плавать пегая боялась, но она с наслаждением плескалась, загребая воду копытами на мелководье.
Нельзя сказать, что она стала совсем чистой, но хоть немного смыла следы пыли и пота. С наслажением остужая на мелководье, натруженные ноги и ноющие суставы, она мечтала о хорошей чистке. Хотелось ощутить, как заботливые руки проводят по ней щёткой и скребницей. Как чьи то руки распутывают весившую колтунами гриву и свалявшийся хвост, заплетая их в причудливые косички и хвостики  А ещё вкусняшки... Сахар, яблоки, морковь, хрустящие сухарики с солью и сладкие печенюшки...
Всё это было в её жизни, но кажется, так давно что прошла уже целая вечность... "Хозяин" Бури, новый хозяин который, по мнению самой пегой, давно утратил право, так называть не слишком усердствовал в уходе за лошадью. Счастьем было, если он хоть раз в неделю проводил по её шкуре щёткой или удосуживался сменить постилку в фургоне. Горсть дешёвого корма, клок пересушенного сена и немного воды, вот и всё на что она чаще всего могла рассчитывать. Совсем не загнуться, не давали детишки то и дело подкармливавшие кобылку. Правда они совали ей что нипоподя, чипсы, покорн и куски хлеба наверное лишь молодой здоровой организм спас кобылку от заворота кишок. Бывали дни, когда становилось совсем худо, если на улице затягивались пасмурные непогожие деньки, кобыла сутками оставалась в фургоне, на сырой из-за протекающей крыши постилке... А если она начинала чересчур усердно протестовать требуя пищи и свободы "хозяин" порой брался за хлыст воспитывая "зажравшуюся скотину" .
Эти воспоминания то и дело тревожили Бурю в её снах и тогда она испугано открывала глаза боясь вновь очутиться в тесном вонючем фургончике, но вокруг был лишь тёмный густой лес...
Кобылка старалась не отходить далеко от полянки, решив, что та станет неплохим убежищем, на мокрой глинистой почве возле берега можно было различить следы её копыт, на двух из которых уже не было подков... Одну из них пегая к слову потеряла во время одного из своих купаний в озере. Впрочем, особого проку от маленьких уже подков, на мягкой почве не было, но две другие пока что держались прочно, отчего лошадь порой начинала прихрамывать. Но вот однажды возвращаясь к полянке от одной из густо заросших травой ложбинок, кобыла учуяла в воздухе новые запахи. Пахло лошадьми, запах собратьев щекотал ноздри, заставляя сердце пуститься вскачь, ей хотелось бежать туда навстречу лошадям. Но было одно но! К запаху лошадей отчётливо примешивался запах людей, а вот от этого запаха напротив хотелось обернуть и рвануть куда глаза глядят...
Неужели меня нашли...
Невольно подумала кобыла, тревожно раздувая ноздри, чтобы лучше различить донесённые ветром запахи...
Кобылка тряхнула головой поморщившись от ремешков стягивающих морду и повода который начинал хлесть по  шее она громко хрустнула трензелем и и сглотнула слюну с привкусом начавшего ржаветь железа...
Несколько мгновений она постояла на месте, словно размышляя, а затем сама не зная, что ей движет, двинулась вперёд к поляне, стараясь не выходить из густой тени деревьев. Вскоре она расслышала весёлые голоса людей и ржание лошадей...
Кобыла замедлила шаг и осмотрелась, навострив уши и принюхиваясь, она сошла с одной из тропок протоптанных ей за время блуждания возле поляны и исчезла в густых зарослях кустарника и молодой поросли. В причудливы тенях леса её пёстрая шкура служила неплохой маскировкой. Хотелось верить что запах хвои заглушит её собственный запах, но пожалуй лишь до тех пор пока ветер дует в её сторону...
Осторожно выглянув из зарослей кобылка негромко всхрапнула и тут же осеклась заставив себя замолчать, покачивая хвостом и шевеля ушами она принялась следить лошадьми и всадниками обменившимися приветствиями...

Отредактировано Storm (24.01.2016 00:29:56)

+1

11

Bitter Mint

Доброе утро, солнышко

Знаешь, а я тебе верю. Оно доброе, сегодня, вчера и многие дни до этого. Только я не верил в прошлое, не верил в то, что там был свет. Каждый день для меня новый, я пытаюсь любить "сегодня", но ненавижу "вчера". Оборачиваясь, я вижу лишь тень, хоть и вышел два года назад из темного тоннеля. А будущее слишком расплывчато и неясно, чтобы расслабиться. Пожалуй, я бабочка-однодневка. Стою на крошечном местечке, нагретом солнцем и боюсь, что тучи закроют небо. Прости меня, мне все еще страшно, и я не могу расслабиться. Я уже ни во что не верю, и душа моя все еще не может успокоиться в твоих руках. Мрак был моим спутником. Если долго стоять в темноте, а потом выйти на свет, болят глаза. Но я постараюсь, слышишь? Только дай мне времени, подожди, как ждала эти два года, и я смогу. У нас ведь немного получилось, а?
Утренние лучи пригревают мою спину и заставляют гадать, что день грядущий мне готовит. В деннике так солнечно, даже тепло. Так странно. Я слышал твои шаги в проходе и невольно ждал тебя. Да, я все еще слежу за каждым твоим движением, ожидая подвоха. Ваша порода слишком непредсказуема, вы способны на любую подлость. Предупреждаю: я смогу защититься, каждое движение не останется незамеченным. И хоть за два года ты и правда не причинила мне вреда, где гарантия, что не накажешь меня завтра? Но ты лишь пожелала мне доброго утра. И мне хочется поверить. Помоги, я так устал! Минутный порыв накрыл меня и я неловко ткнулся тебе в руку, облизав. Но лишь на мгновенье, так, чтобы в это не поверила ни ты, ни я. Зачем? Минутная слабость, благодарность или попытка извиниться? Я ведь всегда делал тебе больно, часто обижал. И дальше буду. Отплачиваю тебе за грехи человеческие. Знаю, ты не виновата. Но ты ближайший человек ко мне. И вся месть, грязь, мрак и недоверие выливаются на тебя. Я возвращаю тебе все то, что мне подарили люди. И ничего не поделаешь. Плохому быстро учишься. Хочу избавиться от той грязи, но делаю это таким вот способом. Зря ты со мной связалась. Я уже испорчен. Зачем со мной возишься? Зачем терпишь, разве тебе это нравится? Резко отпрыгиваю к стенке во время чистки. Не накажешь меня за это? Но ты лишь приносишь седло и прочие ненавистные вещи. Зачем только учила меня заново их носить. Сама ведь видела последствия. Помнишь мою сбитую и натертую до проплешин спину, следы на шкуре? До сих пор не могу носить его без подушки, да и сейчас желанием не горю. Почему бы не оставить меня в покое?
Закладываю уши, прижимаюсь к стене. Не наденешь!

-Зачем я это делаю? - мелькает мысль в моей голове, хотя там уже сплошная каша и туман. На негнущихся ногах я оттолкнулся от земли, но понимаю, что уже не перелечу это мертвое препятствие. -Зачем это мне?
Силы на полет не хватило, прочесываю передними шершавое бревно, но цепляюсь коленями и падаю. Плевать уже и на всадника и на тренировку. Боль и усталость растекаются по телу, но я не думаю о них. Лежу и просто пытаюсь понять, ради чего или кого с самого утра и без отдыха прыгаю этот кросс? Ради чьей-то славы, блестящей бумажки? Ленты, розетки, попоны победителей ничего не стоят. И маршруты эти ничего не стоят. Я не хотел подниматься, но встал. Ноги дрожали, я тяжело дышал и отголоском чувствовал резкие удары хлыста о крупу и слышал эхом ругань. Лягнуть сил не было.
Всадник вставил ногу в стремя. Это начнется снова? Нет, хватит! Больше не будет по-твоему, человек. Я больше не сделаю ни шагу ради вас. Из последних сил я шарахнулся и помчался через все кусты, волоча за собой всадника. Отцепился он быстро, но я не останавливался. Стоит ли говорить, что было после этого? Из перспективного троеборца-чемпиона я превратился в нечто дикое, неукротимое. Все то время я выкладывался ради них на полную, до истощения, падая от усталости, терпел шпоры и хлыст. Наивный, а может просто идиот? Но довольно. Я возненавидел тех, кого любил. Каждый день как на войне. Как будто в жизни нет больше смысла, кроме как угождать человеку, а потом бесполезно бороться с ним. Я устал сражаться, просто хочу жить, а не влачить существование. Человек - не друг. Доверять можно только себе. Не делать ничего ради людей, все равно не оценят. Это все я усвоил на той конюшне. Моя жизнь напоминала грязный изорванный черновик, а ведь вначале - чистые аккуратные листы. А может, он был грязным с самого начала? Горькая мята, так меня назвали люди. Что ж, я оправдал имя.

А между тем, ты ухитрилась меня собрать и вывести из прохода. Я напряженно ждал, когда ты усядешься в седло. Я готов был отпрыгнуть и понести в любую минуту, но не сделал этого. Пока не сделал, благо, ты села мягко. Это лишь проблеск чего-то..светлого. А может, показалось. Твой легкий шенкель, и я срываюсь в галоп. Потому, что сам так хочу, а может просто пытаюсь удрать из-под шенкеля, только бы не слышать команду до конца. Так же легко ускоряюсь, но дальше упрямство берет верх и я делаю по своему. Потому, что себе можно верить. Потому, что снова делать что-то ради других сложно и непонятно. Иногда хочется уступить, как и сейчас. Поэтому после собранной рыси даю тебе то, чего ты ждешь. А затем ты уступаешь мне, если это можно так назвать. Мне хочется хоть на какой-то миг перестать с тобой воевать, прямо сейчас, хотя бы ненадолго взять передышку. Принимаю твою похвалу. Можно ли назвать это благодарностью к лошади?
Мы вышли на поляну. Помимо нас, были и другие пары, их было четыре. Люди, самые разные, и чего ожидать от них совсем не знаешь. И лошади, разных мастей, разного роста, но несчастными они не выглядят. Но кто знает, какие у них судьбы, какое прошлое. Я даже не видел их глаза, свет в них или тьма. Для меня и сама ситуация была непонятна, зачем мы здесь? Отчаянно не хотелось думать о соревнованиях и прыжках, но мысль не стоило исключать. Все же, для меня лес в основном был трассой а не местом отдыха. Я настороженно заложил уши и переступил с ноги на ногу. Никаких стартов, слышишь? Я больше не стану прыгать, особенно ради тебя. Даже при всей моей благодарности, скрытой в глубине души. Я просто хочу отдохнуть. Ну же, скажи, ради чего мы здесь?

+1

12

Вообще-то, это была глупая мысль.
Просто взять и залезть на ближайшую свободную лошадь. Спокойно и уверенно, будто так это обычно всё и происходит: пришёл, увидел осёдланную лошадь, сел.  Такое себе "veni, vidi, vici" на новый лад. Честно говоря, ни одному опытному коннику подобная глупасть даже в голову бы не пришла.
Но, с сожалением нужно признать, что Фридрих не был не только опытным. Он даже и конником пока не был. Пару раз за свою жизнь посидев в седле и только позавчера приехав в "Лотос" - данный субъект, возможно, никак не годился для конного похода в лес. Если быть до конца честным, то он не годился ещё даже для простого похода в лес, а уж о том, чтобы ехать по пересечённой местности верхом, пытаясь одновременно рассмотреть пейзаж и не свалиться, - не должно было быть и речи.

Второпях допивая сегодня утром свой кофе, Хартманн безрадостно проигрывал в голове события прошлого дня. Сыграй его карта по-другому, может, и не пришлось бы сегодня тащиться в этот дурацкий поход. Если бы только всё пошло так, как он представлял... а не ровным счётом наоборот.
Мало того, что все присутствующие очень явно дали Фридриху понять, что он тут чужой. Они, осознав сами эту мысль, не смогли просто смириться и принять её; нет, это показалось им грубым и несправедливым. Проявив верх благодушия, эти люди во главе с хозяйкой КСК Марленой решили протянуть несчастному Фридриху руку помощи - не расстраивайся, дескать, парень хоть ты и чудной какой-то, но мы тебя не бросим.
"Не бросим" заключалось в приглашении (высказанном, впрочем, в слегка диктаторской манере) Марлены "присоединиться к нашему походу в лес. Вы сможете лучше понять нас и наш мир, а мы, в свою очередь, получим возможность понять Вас."
Фридрих скривился, делая очередной глоток кофе: Да на кой чёрт вообще всё это? Человек, выросший среди собеседований и документов, он прекрасно умел читать между строк. Марлена - да и все остальные - хотела лишь чтобы Фридрих как можно более гладко влился в существующий тут порядок вещей; вторая часть её приглашения - "понять Вас" - была настолько явной формальностью, что её не понял бы лишь самый наивный мальчик.
Конечно, никто пока и не собирался его понимать. Им лишь хотелось, чтобы Фридрих доставлял поменьше проблем.

Пробыв в Риме всего день, Фридрих уже понял, что просто не будет. Враждебность со стороны коллектива и невозможность ответить на вопрос "что я здесь делаю?" ощутимо портили немцу настроение.
Именно поэтому ко всем действиям Фридриха этим утром можно было добавить слово "нервно". Он нервно поднялся с постели, нервно сделал себе кофе, нервно его выпил, нервно погладил рубашку и нервно оделся. Нервно повернул ключ, закрывая дверь квартиры перед уходом, нервно одёрнул незастёгнутую лёгкую куртку, привезённую с собой из Кёльна; нервно зашагал по улице в сторону территории КСК.
Возможно, стоило взять такси. Или, ещё лучше, вообще поехать на своей машине. Но Фридрих не был уверен, сможет ли со спокойной душой оставить свой Mercedes-Benz возле леса; к тому же, он понятия не имел, как на звук мотора отреагируют лошади. Поэтому, бросив взгялд на часы, он принял решение дойти до леса пешком.
Это должна была быть не очень длинная прогулка, которая могла бы пойти ему на пользу. Должна была пойти. Aber, aber, aber...
Сначала его чуть не сбила машина. Какой-то сумасшедший итальянец, кажется, торопился на последний поезд к своему счастью. Хартманн же был абсолютно уверен, что каждая машина остановится, раз он, Фридрих, переходит дорогу в предназначеном для этого месте. Но водитель посчитал иначе, и избежать столкновения помог только рывком повёрнутый в последний момент руль. Перепалка, состоящая из итальянских и немецких ругательств, сошла на нет только когда водитель яростно вдавил педаль газа в пол и умчался прочь. Настроение Фридриха опустилось на уровень метро.
Затем ему стало жарко. Германия хоть и не считается очень холодной страной, но всё же прививает свои привычки: например, не выходить из дому без лёгкой куртки. Рим заливисто посмеялся с этого, а Хартманну пришлось тащить свою верхнюю одежду в руках, щурясь при этом от непривычно яркого солнца.
Затем кончилась нормальная дорога. Вообще-то уж этот момент можно было предсказать ещё дома, и тогда можно было бы обуть что-то более подходящее, чем почти новые дезерты из коричневой замши, которые спустя пару минут ходьбы по грунтовой дороге полностью покрылись пылью и приобрели 2 царапины. Такие явные потери окончательно огорчили Фридриха, и его раздражение начало понемногу перевешивать желание успокоиться. Постоянное подзуживание внутреннего "я", выражающееся в одной лишь фразе "И зачем ты сюда приехал?" подливало масла в огонь.

Теперь, верно, вам понятней, почему Хартманн абсолютно не задумывался о своих действиях, залезая в седло Урзаса Уробороса. Прибыв на место встречи всех всадников уже изрядно выведенным из себя (но ещё, впрочем, в силах сдерживаться), Фридрих быстро поздоровался с собравшимися, из которых был знакоми лишь с Марленой и тренером "Лотоса" Клеменси Ассель, а затем окинул взглядом поляну. Каждый из собравшихся, кажется, был чем-то занят - разговором или делом. Как и следовало ожидать, до Фридриха никому не было и дела. Чтобы не торчать посреди поляны и не дать конным лишний повод посчитать его идиотом, Хартманн начал нервно соображать, чем бы себя занять.
Сначала он попробовал почистить свою обувь, но счищать пыль с замши бумажными салфетками - не самый эффективный способ. Неприятное ощущение грязных рук тоже не добавило фанатично-чистоплотному немцу радости, и он бросил своё занятие.
Ещё неначавшийся поход уже был ему противен, противен от начала и до конца, из-за пыли, из-за Рима, из-за игнорирующих его людей.
Но бросить всё сейчас было бы глупо - смотрелось бы как истеричная выходка неуравновешенного подростка - а поэтому Фридрих, глубоко вздохнув со сжатыми кулаками, попробовал успокоиться. На пару минут прикрыв глаза, он почти полностью взял себя в руки. Пыль просто пыль. Туфли почищу дома. В Риме люди другого менталитета. Конникам нет до меня дела, потому что они заняты, а не потому, что считают меня неуместным.
Нужно было просто подыграть им. Найти себе место в этой картинке и занять его. Гладко и естественно.
Итак, что нужно в конном походе? Прежде всего, конь.
Фридрих осмотрелся. Мысль просто найти для себя какую-нибудь лошадь показалась ему блестящей. Человек, сидящий на лошади, уже не кажется неуместным и торчащим без дела. Да, ему нужно всего лишь найти лошадь.
Стараясь не привлекать внимания и приветливо улыбаясь встречающимся людям, Фридрих медленно шагал по поляне, пока наконец не увидел подходящую цель. Ближе остальных к лесу стоял красивый пегий конь. Стоял со скучающим, как показалось Фридриху, видом; но главное - стоял совершенно один.
Хартманн не торопился сразу присваивать найденное себе. Подсознательно он предполагал, что не всё в этом мире создано для него, а поэтому всё же подождал пару минут перед тем как приближаться к коню. Он даже осмотрелся по сторонам, выглядывая возможного хозяина коня, но, к превеликой радости для немца, нигде поблизости его не заметил.
Стоит заметить, впрочем, что выглядывал Фридрих совершенно конкретного мукжчину. Человек не слимшком оригинального ума, он мыслил шаблонно и стереотипно. Поэтому, увидев пегого жеребца, который всем своим видом просто кричал о Диком Западе, немец быстро нарисовал в воображении такого же хозяина: клетчатая рубаха, джинсы, высокие сапоги, шпоры, круглое красноватое лицо, большие волосатые руки, усы и даже, возможно, ковбойская шляпа. Вполне естественно, что поблизости действительно не оказалось ни одного субъекта, похожего на обрисованный Фридрихом образ; поэтому он с абсолютно чистой совестью направился к пегому.
Подошёл и не без радости отметил, что вот к ему внешнему виду конь подходит как нельзя лучше - особенно к пыльным дезертам. Для ФРидриха внешний вид являлся вещью очень значимой и едва ли не главной, поэтому тот факт, что ему достался такой красивый конь - к тому же так подходящий к нему самому - ощутимо порадовал мужчину. Мир вокруг вдруг показался более приветливым, а сама идея похода перестала раздражать. Усмехнувшись в усы и неуклюже хлопнув коня по шее, Хартманн без раздумий сунул правую ногу в стремя. Затем рывком поднялся и перебросил вторую ногу через круп. Опустившись в седло, Фридрих взял в руки повод и восторженно посмотрел по сторонам. Вокруг продолжали сновать люди, но уже как будто внизу, как будто не так недружелюбно. Позиция верхом придала Фридриху такой привычной ему уверенности в себе.

+2

13

Знаете, минуты "приятного совместного времяпровождения" шли, а вот сплоченность или даже знакомство как-то не клеилось даже с прибытием новых участников. От слова совсем. Никакой непринужденной обстановки, а в атмосфере заметная напряженность, уж это я чувствую. Того и гляди, все эти заряженные частички, или как их там, материализуются и превратится в шуршащий пакет. Брр. Даже иголки по телу от одной мысли. А более удачного сравнения к этому климату и не подобрать. Разбежались все по кучкам, кого-то официально поприветствовали и обратно каждый в свой угол да по лошадям. Ну да, своих напарников знаешь лучше всего. Но вот друг с другом знакомиться как-то никто и не собирается. Крестная Фрау о чем-то болтают со своей подопечной, это привычно - они команда. И на этом пожалуй все. Я и сам не лучше. Попытался завязать со стоящим рядом фьордом пространный разговор о погоде. Неплохой с виду парень, но при моей то общительности ловкой светской беседы не заведешь, при всем желании. Интересно, мы тут одни такие коротышки? Видимо да. Вон Урзас повнушительнее будет, да и тот караковый. Да и кобыла. И ни с кем из них заводить отношения как-то особого желания нет. Разве что с Николасом, так, кажется, его зовут. Может и получится разговориться.
Не успев приехать, почти сразу же покинула нас пара из Академии. Порой мне кажется, что я не смогу понять этих академических, словно они из другого мира. Возможно, они смотрят на нас так же. И в такие моменты вовсе не хочется гнаться за славой, за этим неизвестным миром. За белоснежными бинтами и гривой, заплетенной в безупречные шишечки.  Мне и в Школе неплохо. Хотя...надолго ли я здесь? Меня давно уже настораживает кутерьма вокруг меня, зачастившие ветеринары и куча других людей. Брр. Не хочу об этом думать сейчас. Я пришел сюда отдыхать и расслабиться. Нужно выпросить у Андреи залезть в озеро. Шланг - совсем не то удовольствие. Эти мысли приободрили меня, я оптимистично навострил уши, позволив себе ожидать от похода чего-то чудесного, настроения, приключений, но...Закон подлости настигает ровно в тот момент, когда ты больше всего на что-то надеешься.
Вибрирующая штука моей наездницы подала сигнал, по особенному резко и неожиданно. Я нервно хрюкнул и переступил передними, но ничего более себе не позволил. Короткое поглаживание по шее как извинение. Настроение Андреа менялось, и меня это настораживало. Сама она напряглась, я чувствовал это всем телом, а голос какой-то озабоченный и расстроенный.
-Ну, чего там стряслось? - коротко фыркнул я, словно Андреа могла меня понять. Но она только подобралась в седле, подобрала повод и отвечая на мой вопрос двуногим спутникам, сообщила, что у нее возникли неотложные дела, извинялась и передавала сожаления, насколько я мог понять. Ох, не нравится мне её настрой! Но что поделать. Придется возвращаться в конюшню. Жаль, что все заканчивается, так и не начавшись. Напарница подобрала повод еще короче и толкнула меня в шаг. Я успел попрощаться с Николасом, хотя мы так и не познакомились ближе. Жаль. Может и сведет судьба еще раз.
По тропинке вдаль от леса я бежал уже рысью, затем с первого намека перешел на резвый мощный галоп. Раз Фрау спешит, а это не могло укрыться, моя задача - вернуть её в конюшню как можно скорее. Солнечное настроение улетучилось, оставив за собой лишь тревогу.
---выход из сюжета----

0

14

Сюжет заморожен до лучших времен. 04.06.2016
Разморозка 20.06.2016

0


Вы здесь » Аureа mediocritas » Зеленый оазис » Лес с поляной по середине (сюжетная локация)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2016 «QuadroSystems» LLC